ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Из дневника офицера Ложье: «Во избежание потерь, могущих произойти от недостатка припасов, вице-король требует присылки из Вильны хотя бы самого необходимого. Но провианта, полученного оттуда, так мало, что его едва хватило на один день. Боюсь, что снисходительность, с какою допускаются хотя бы и урегулированные походы за провиантом, скоро уничтожит дисциплину.

В покинутых домах, из которых жители уже вывезли имущество, солдаты все переворачивают верх дном, в надежде найти съестное. Вице-король и его помощники с ужасом видят зло, которого не могут пресечь. Растущий поток всюду грозит выйти из берегов, разрушая дисциплину, умеренность, и честь солдата, и разумная предусмотрительность начальников – все рушится.

Санитарное положение армии, по-видимому, совсем не блестяще; госпитали переполнены больными. Жестокие опустошения производит дизентерия. Это роковое последствие опаздывания обозов, задерживаемых разливами рек и дождями. Так же обозы опаздывают из-за массовой гибели ломовых лошадей, вызванной внезапной переменой погоды».

28 июня 1812 г., в Испании, английские войска Веллингтона и испанские партизаны, продолжая наступление в глубь страны, окружили французов у г. Саламанка. Возникла угроза южной границе Франции.

Глава 13

«Факты со всей очевидностью говорят, что Александр и русские военачальники не думали о заманивании Наполеона в глубь России, а думали о противном».

Л. Толстой, роман «Война и мир», том 3.

Интернет: план "скифской войны", который претворял в жизнь Барклай де Толли, включал в себя организованное отступление в глубь страны, избегание генерального сражения, ведение арьергардных боёв, уничтожение при отступлении складов с боеприпасами и продовольствием. Главные силы Наполеона, продолжая гнаться за армиями Барклая-де-Толли и Багратиона, постепенно завлекались ими в ловушку, уготованную ранее.

Болезни угрожающе косили ряды Великой армии уже с первых дней похода. Например, когда она выступила из Вильны, 3 тысячи ее больных и раненых солдат были оставлены в городе. Солдаты, заболев дизентерией, тысячами выходили из строя и быстро умирали от обезвоживания. Медицинская служба Великой армии оказалась бессильной противопоставить что-либо эпидемии этой «болезни грязных рук».

Со временем выявилась полная неготовность «гениального» полководца Наполеона к походу в тяжелых условиях русской местности.

* * *

Из записок француза де Боволье: «Поход только начинался, однако армия чувствовала уже недостаток во всем – в продовольствии, фураже, амуниции и даже в боевых припасах. Мародерство и отделение солдат от своих частей начались вслед за выходом армии из Пруссии. Эти два бедствия достигли вскоре ужасающих размеров, став необходимостью, вызванною отсутствием правильных сообщений между частями.

Когда полк съедал свое продовольствие, приходилось высылать для фуражировки значительные отряды, иногда на очень далекие расстояния. Солдаты, усталые и голодные, удалялись от своих частей в ближайшие деревни, где захватывали провиант, грабили жителей и разбирали избы на топливо.

Эти беспорядки значительно пошатнули дисциплину и заметно уменьшили число штыков. Уменьшал их число и обоз: иногда треть полка расходовалась на охрану обоза, растягивавшегося на несколько верст. От начальников отдельных частей требовался точный расчет годных к бою людей, но при данных условиях требование это было невыполнимым.

Глава 14

Интернет: быстрый отход 1-й и 2-й Западных армий привел к тому, что за 5 дней они ни разу не были атакованы французами.

Однако русских генералов этот факт нисколько не радовал. Здесь необходимо сказать, что командующие двух армий вынужденно оказались в своих действиях независимыми друг от друга. Это лукавое решение царя, очень запутывавшее все дела, дополнялось еще одной существенной чертой: у Барклая войск было в два с лишним раза больше, чем у Багратиона и, самое главное, Багратион был старше Барклая по званию.

Данное обстоятельство, по – видимому, тоже вызывало у горячего грузинского князя состояние почти непрерывного раздражения. Скоро оно сменилось нескрываемой ненавистью к военному министру Барклаю. Не доверяя ему, он возмущенно писал о нем своему русскому другу Ермолову, начальнику штаба 1-й армии: «Что за дурак! Пригнал нас на границу и расставил как шашки. Мы стояли, рот разинув, а потом побежали. Министр Барклай бежит, а мне велит защищать всю Россию. Я с ума от этого схожу!».

* * *

ЕТ: позднее военные ученые – историки не согласились с Багратионом. Изучив карты и документы, они установили, что отступление Барклая от Вильны до Смоленска было вполне правильным и логичным. (Е. Тарле. Нашествие Наполеона. Изд.1935 г.).

Госсекретарь царя, адмирал Шишков так же недоумевал: «Как можно было за 5 дней оставить столько городов и сел неприятелю? Да чего не хватает ему теперь, чтобы приблизиться к обеим нашим столицам?».

Однако на Петербург французы могли идти лишь после взятия Риги. Ее они так и не взяли до конца войны, так как прусские генералы не стремились к этому, имея тайный приказ короля Фридриха-Вильгельма 3.

Глава 15

«Государь делает упреки главнокомандующим за каждый шаг отступления».

Л. Толстой. Роман «Война и мир», том 3.

29 июня царь Александр запретил Барклаю противодействовать Бонапарту и потребовал отходить к Дрисскому лагерю, не вступая в бои с неприятелем.

Интернет: в результате марша 1-ой армии к Дрисскому лагерю она сильно удалилась от 2-ой армии Багратиона, и Наполеон получил прекрасную возможность разгромить русские армии поодиночке.

ВМ: немцы Фуль, Барклай и Александр очень хитроумно завлекали «великого и гениального полководца, с помощью несбыточных для него иллюзий, в глубь обширной русской страны. Спустя 129 лет, благодаря темным силам Космоса, большевики Молотов и Сталин так же гениально завлекали сумасшедшего Гитлера в глубь СССР. Причем не только к Москве, но и к Сталинграду.

* * *

Однако пылкий грузин Багратион ничего не знал и не догадывался о гениальном плане «скифской войны». Он сообщал царю, в жилах которого текла немецкая кровь: «Пишу как русский русскому…

Его, Барклая, отступление непостижимо для меня и всей моей армии. А. еще хуже, когда встанешь на позицию, и вдруг шельма Платов сообщает о том, что идет сила. Тогда снимаемся с позиции и ночью отступаем. В зной и жар морим людей и, на погибель себе, ведем неприятеля за собой».

(В первые месяцы ВОВы, когда Красная Армия отступала к Москве и Сталинграду, происходило то же самое. Большевистские генералы так же «вели неприятеля за собой». Правда, не ворча и раздражаясь, как Багратион. Артиллерист-красноармеец вспоминал: «Только отроем лопатами позиции для орудий, как следует приказ отходить. Это сильно изматывало нас физически и морально).

Глава 16

29 июня 1812 г., видя, что Багратион решительно не желает повиноваться его приказам, Барклай де Толли написал царю: «Государь, мне уже очень неприятно видеть, что князь Багратион, вместо того, чтобы немедленно исполнять Ваши приказы, тратит свое время на излишние рассуждения, да еще передает их генералу Платову, запутывая ему голову».

Барклай знал, к своей величайшей досаде, что Багратион нисколько не верит, будто приказы из штаба 1-й армии идут от самого царя. Багратион считал, что это лишь очень прозрачная хитрость со стороны Барклая и что пишет приказы не царь, а сам Барклай.

ВМ: тогда не было самолетов и радиосвязи, письма, за сотни километров, доставлялись курьерами с большим опозданием. Багратион, словно не зная этого, хотел невозможного – чтобы приказы были от самого царя и являлись ему в срок.

5
{"b":"612058","o":1}