ЛитМир - Электронная Библиотека

«Хендхантер»

Глава 1. Маньяк

– Мне кажется, что меня кто-то преследует, – Кира обернулась по сторонам в маленьком кафе с недорогими бизнес-ланчами, потянулась к подруге Инне через стол, чуть сдвинув грудью свою тарелку.

Инна тоже наклонилась и также заговорщицки зашептала в ответ:

– Почему ты так думаешь?

– Фигня какая-то творится. Я сначала думала, что это случайность или шутка. А сейчас совсем не смешно.

Кира Сотникова работала в холдинге, предоставляющим различные услуги, рекрутером. Год назад она получила диплом, став полноценным дипломированным специалистом. Еще во время учебы пришла на практику в крупную компанию и закрепилась в штате.

Работа ей очень нравилась. По натуре Кира очень общительный человек, а тут такое разнообразие. У каждого кандидата своя история, каждый по-своему интересен. Времени, правда, катастрофически не хватало. Компания стабильно развивалась, расширялась, от различных начальников сыпались запросы на новых сотрудников. Бывало, не успеваешь толком изучить резюме. А бывало, что некогда даже его открыть.

И тут начались странности. Сначала она обнаружила у клавиатуры «черную метку» – крестик из бумаги черного цвета. Толстые палки по диагонали словно что-то перечеркнули. Потом на столе оказался стакан воды с запиской «Слезы отвергнутых». Еще позже кто-то вложил в очки листок с напечатанными буквами: «Мы тебя видим, а ты нас – нет».

Последней каплей стал отрубленный палец.

– Ну такой, из магазина приколов, – продолжала Кира. – А на нём написано: «Резюме». Меня чуть инфаркт не хватил, когда я его увидела.

– Обалдеть! – протянула Инна. – Ты не думаешь, что свои? Тот же Тим – гот готом, и юмор у него странный.

– Я тоже на него подумала сначала. Мы как раз из-за кофе-машины малость поругались, ну и ещё по мелочи. Предъявила ему.

– А он что?

– Посмотрел на меня так странно и говорит: «Я этим не занимаюсь». «А кто тогда?» – спрашиваю. Он пожал плечами. «Не знаю, мол, ищи – кому перешла дорогу».

– Жесть какая. Может в полицию стоит обратиться?

– Так глупо получается, – скривилась Кира. – Засмеют ещё, или отругают за ложный вызов.

– Засмеют – не засмеют. А вдруг это маньяк?

Об этом Кире думать не хотелось.

***

Кира на самом деле была далеко не единственной «жертвой маньяка». Её коллеги из других организаций также получали странные подарки и послания. Пара сотрудниц обратились с жалобами к руководству, после чего пара сотрудников, на которых пало подозрение получили нагоняй. Почем зря, но это выяснялось позже.

О чем действительно жалел «маньяк» – что воочию не видел, как встретили его весточки и к чему они привели. Только представлял «ох» на вдохе, побледневшие лица, укол где-то в районе сердца, бесконечные мысли об авторе посланий и причинах. Даже обидно, что он не сможет сорвать свои овации.

Он нисколько не жалел о своих действиях. Наоборот, это они должны пожалеть о своих – бездействиях.

«Маньяка» звали Геннадий Олегович Гаврилов. До своих сорока с хвостиком лет он сохранил статус холостяка. Желающих занять официально место второй половины были. В основном после тридцати, когда обычно разбирают незанятых. Если бы Гаврилов не узнал о таком «расчёте», из-за чего сорвал собственную свадьбу, то, глядишь, жизнь обернулась по-другому. Возился бы с детьми, тискал жену и не думал о возмездии.

Дело в том, что статус «свободен» распространялся и на работу. Очередной экономический кризис поставил его в список сокращенных работников. Но если другие сокращенные смогли найти другое место, то у Гаврилова начались хождения по мукам. Специалист со стажем, в том числе в качестве руководителя, оказался никому не нужен.

Он тщательно заполнил формы резюме на популярных порталах по поиску работы. Любовался со стороны весомостью проработанных лет и приобретенных навыков. Придирчиво всматривался в прямоугольник с фото, на котором был изображен вполне презентабельный мужчина. И понять не мог: почему его телефон не разрывается от звонков?

Может, дело в возрасте? Или в экономической ситуации каждой отдельно взятой организации, которая решила сэкономить на «не основных» специалистах, как это сделал предыдущий работодатель Гаврилова?

В 90-ые Геннадий Олегович заканчивал филологический факультет и начинал карьеру учителем русского языка и литературы. Работы – по высоту сложенных томов Толстого, зарплаты негусто, плюс ученики, которых интересуют боевики и мыльные оперы, а не классика.

Мать – она всегда шла в ногу со временем – настояла на том, чтобы сын переквалифицировался в более перспективное направление: пресс-секретаря. Думать и анализировать он умеет, писать тоже, – читай, под основные требования он подходит. Зато можно получить интересную и престижную работу, статус инсайдера, внимание со всех сторон и более-менее приличную зарплату.

Гаврилов уговорам долго не сопротивлялся. Вздохнув над очередной скромной суммой, что звалось зарплатой молодого педагога, он озаботился поиском своей новой жизни.

Удивительно, но много времени это не заняло. Его преимуществами стали безупречная речь (как устная, так и письменная), закаленная школой стрессоустойчивость и исполнительность, мужской пол, что предполагает отсутствие сантиментов и поблажек, но главное – никаких декретных.

По натуре Гаврилов человек не эмоциональный. Даже на корпоративных праздниках и спонтанных пьянках вел себя чрезмерно спокойно. Его бы устроил другой вариант – игнорировать внерабочие междусобойчики, но тогда он будет букой, отщепенцем, не своим, что, к сожалению, сказывалось и на рабочих моментах.

На языке у многих вертелось слово «сухарь», в полной мере характеризующее пресс-секретаря, но они одергивали себя: просто человек серьезный, умный, к глупостям не приучен. Очень самостоятельный: терпеть не может, когда лезут в его дела и тем более пытаются указывать, что делать.

Были у серьезного сотрудника, правда, свои причуды, в народе именуемые «тараканами». В столе его обычно дожидалась армия стареньких железных солдатиков. Под рукой находился подаренный старинный нож. Обычно он обдумывал важные решения, водя пальцами по холодной острой стали. Было и другое «холодное оружие» в дальнем краю стола: мышеловка, ржавая отвертка и рогатка.

В ход против людей своё добро Гаврилов не пускал, оно служило ему внутренней поддержкой и отдушиной. В итоге странный набор предметов, собранный им в счастливом детстве, стал верным спутником во всех офисах, где он появлялся.

***

Так шло следующие пятнадцать лет. Гаврилов нарабатывал опыт и репутацию, его приглашали во всё более денежные организации. Он чувствовал себя на своем облаке солидности, снисходительно смотря на то, что происходит внизу.

А потом все стало стремительно меняться. Работа пресс-служб стала походить на одеяло, которое тянут во все стороны – интернета, маркетинга и что называется «event». Это повлекло рост обязанностей и требований к самим сотрудникам. Пресс-секретарь должен быть «медийным», популярным в дурацких соцсетях, выходные непременно проводить активно (о чем желательно транслировать опять же в соцсетях) и на работе. Просто отдыхать стало чуть ли не преступным. Кроме того, зачем-то надо со всеми дружить – прессой, другими пресс-службами, агентствами и т.д., и т.п..

Гаврилов в штыки принимал такой расклад. Он серьезный человек с солидным стажем, а не обезьяна с селфи-палкой. Начальство в штыки приняло его позицию не меняться. Так опытный сотрудник со своего олимпа начал движение вниз, соглашаясь на более низкую зарплату, но с более привычными обязанностями, в которые всё равно добавлялись дурные новшества.

В итоге дошло до того, что его совсем списали. Вычеркнули как ненужного. Страждущие принять его в штат в очереди не стояли – и это мягко сказано. Приходилось унижаться, направляя резюме в разные организации и ждать, когда снизойдут. Начиная с малого – заглянут в его резюме, о чем появится специальное оповещение.

1
{"b":"612521","o":1}