ЛитМир - Электронная Библиотека

Джеймс Фенимор Купер

«Блуждающий Огонь», или «Крыло-и-Крыло»

© ООО ТД «Издательство Мир книги», оформление, 2008

© ООО «РИЦ Литература», состав, 2008

Предисловие

Вопрос о том, какая часть следующей легенды истинна и какая – вымысел, оставлен нарочно сомнительным, чтобы историки, которые не имеют лучшего занятия, могли употребить свое время на начертание этой линии разделения.

Мы также ничего не имеем более сказать о Рауле Иваре, Джите Караччиоли и маленьком «Блуждающем Огне» как то, что находится в самом произведении.

Свет слишком мало слышит о том множестве подробностей, которые образуют целое в эпизодах на море, и знает их еще менее. Историки пользуются несколькими главными обстоятельствами, относящимися то к сражениям, то к договорам, то к кораблекрушениям, а все остальное остается пробелом для большей массы человечества. Справедливо говорят, что жизнь каждого человека, если она рассказана просто и ясно, содержит целую кучу уроков столько же полезных, сколько и занимательных; и равно справедливо то, что каждый день, проведенный на палубе судна, дал бы что-нибудь интересное для рассказа, если бы сухие заметки судового журнала могли быть записаны в литературном стиле искусным наблюдателем. Судно, одинокое среди безлюдного океана, служит предметом размышления и источником как поэтических, так и добрых нравственных чувств, и так как нам редко надоедает писать об этом предмете, мы желаем, чтобы, из некоторого рода симпатии, те, которые делают нам честь, составляя особый род нашей литературной клиентуры, никогда не устали нас читать.

Это произведение – седьмой морской роман, который мы имели возможность предложить публике. Когда мы закончили первый, наши друзья уверяли нас, что мы испытаем неудачу из-за слабого сюжета и его неприятных подробностей. Но их предсказание не только не оправдалось относительно наших скромных усилий, но и вкус публики к подобным произведениям сохранился достаточно надолго, так что получил от того же ствола значительное число отпрысков во все стороны. Мы надеемся, что в данном случае в нашем новом дитяти можно будет найти достаточно сильное сходство с прежними, чтобы они могли войти в их группу и занять там место, как член той же семьи.

Глава I

Отражая красоты неба, море всей глубиной своего пространства рисует его на своих водах во всех оттенках, от пышного заката солнца до восхода ночных светил, представляя все его волшебное разнообразие. Но вот все изменяется; более бледные тени покрывают горы его плаща; день, оканчиваясь, умирает, как дельфин, которому приступы смерти дают все новую и новую окраску. Самая последняя – самая очаровательная; но, наконец, она исчезла, и все черно.

Байрон. Чайльд Гарольд

Прелесть Тирренского моря прославлена еще со времен Гомера. Все путешественники признают вообще область Средиземного моря с его извилистыми, живописными берегами, с Альпами и Апеннинами, первой страной по климату, богатству, плодородию почвы и красоте местоположения. Совершенно особый мир представляет этот чудный уголок земли с обширной водной гладью, усеянной красочно оснащенными судами, с высокими башнями на утесистых горах, по склонам которых расположились монастыри. Эта картина не только приковывает к себе очарованного путешественника, но навсегда сохраняется живой, как одно из чудных воспоминаний прошлого.

Именно в этот поэтический уголок земного шара, нередко оскверняемый самыми мрачными человеческими страстями, мы приглашаем читателя. Никто не станет отрицать, что эта богато наделенная природой часть земного шара еще совсем недавно была свидетельницей и местом ужасной жестокости и несправедливости, вызванных различием племен, населяющих ее, различием их общественного положения, их обычаев и религии. Природа и человеческие страсти соединились здесь, чтобы сделать этот уголок похожим на человеческое лицо, часто под улыбкой и почти божественным спокойствием скрывающее самые бурные страсти, уничтожающие все наше счастье. В течение целых веков турки и мавры делали опасным для европейцев плавание среди цветущих берегов Средиземного моря, а следом за уничтожением власти этих варваров оно сделалось ареной борьбы между самими победителями.

Всем памятны события с 1790 по 1815 год, ныне ставшие достоянием истории. Не будь очевидцев тех страшных событий, можно было не поверить тому, что все это происходило, настолько успокоились теперь все стороны, участвовавшие в этой борьбе[1]. Тогда каждый месяц приносил известия о победе или поражении, о низложении правительств или завоевании какой-либо области. Все было в волнении. Робкие люди с удивлением оглядываются на эту эпоху, молодежь с недоверием, неугомонные и беспокойные умы с завистью.

Годы 1798 и 1799 наиболее памятны из того времени, и на них мы просим читателя перенести воображение, так как к этим крупным событиям и тревожным годам относятся факты, о которых мы намереваемся поведать.

Под вечер прекрасного августовского дня легкое судно, словно сооруженное руками волшебниц, входило в канал Пиомбино, подгоняемое благоприятным ветерком. Оснастка судов Средиземного моря вошла в поговорку по своей изысканной, живописной красоте. Эти суда разных типов и носят различные названия. Настоящее судно представляло трехмачтовый люгер с огромным надутым парусом, черным корпусом, оживленным одной небольшой красной каймой под русленями, и с таким высоким планширом, что из-за него виднелись только шляпы самых высоких матросов. Новоприбывшее судно казалось подозрительным, и простой рыболов не решился бы подойти к нему на расстояние выстрела, пока не определятся яснее его намерения. Морские разбойники нередко появлялись вдоль берегов, а такое появление было далеко не безопасно даже для дружественных наций.

Люгер был в полтораста тонн водоизмещения, но черный цвет, в который он был окрашен, значительно скрадывал его размеры, к тому же он глубоко сидел в воде. Парус на нем был двойной, то есть состоял как бы из двух крыльев, которыми он взмахивал, как птица, очень удивляя толпившихся на берегу моряков, внимательно следивших за всеми его движениями и поверявших друг другу свои сомнения на довольно ломаном итальянском языке. Все это происходило на каменистом мысе, возвышающемся над городом Порто-Феррайо на острове Эльбе. Небольшая гавань этого города совершенно не видна с моря, как будто она нарочно желала укрыться, чтобы избегнуть таких неожиданных посещений, как настоящий подозрительный корабль. Однако, несмотря на свои небольшие размеры, гавань была достаточно укреплена на случай защиты от неприятеля. Набережная была тесно застроена домами.

В настоящее время, привлеченные слухами о появившемся иностранном судне, все жители бросились на мыс, и на улицах было пусто. Приближение люгера к этому сравнительно мало посещаемому порту произвело на его простых моряков такое впечатление, какое вызывает появление ястреба на птичьем дворе. Пошли различные догадки о характере и цели посещения этого чуждого судна.

Томазо Тонти был старейшим моряком острова Эльбы, и его мнение, как человека опытного и благоразумного, пользовалось общим доверием, если дело касалось моря. Кто бы ни прибыл в город – купец ли, трактирщик, рудокоп, – его первой заботой было разыскать Мазо, или Тонти, так как он известен был одинаково под обоими этими именами, и к нему обратиться со всеми своими сомнениями. И тогда толпа человек в двести окружала оракула, а мужчины, женщины и дети слушали его, как слушают проповедника в моменты наибольшего религиозного вдохновения. Никто не перебивал его вопросами, никто не становился перед ним, чтобы не загораживать ему вида на море. Одни старики, его сверстники, не стеснялись высказывать свои предположения, и Тонти не мешал им говорить, но сам высказывался очень мало и осторожно, чем и обязан был приобретенной им репутации, так как всегда заставлял предполагать, что знает больше того, что высказывает. В данном случае из осторожности или потому, что действительно нелегко было остановиться на каком-нибудь определенном предположении, но он упорно молчал, и его пасмурное лицо не предвещало ничего хорошего.

вернуться

1

Настоящий роман написан в 1862 году. Ред.

1
{"b":"613856","o":1}