ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вячеслав Летуновский

100 уроков лидерства Екатерины Великой для современного руководителя

© Летуновский В. В., 2018

© ООО «Издательство «Яуза», 2018

© ООО «Издательство «Эксмо», 2018

Моей дочери Екатерине посвящаю

Введение

Немного в нашей стране найдется управленцев, которые бы помнили и использовали в своей практике опыт своих великих предшественников. А зря, ведь управлять русскими людьми не так просто, как может показаться на первый взгляд. Опыт наших великих предшественников поможет нам лучше понять загадочную русскую душу и подобрать к ней ключики. Много лет я посвятил изучению жизнедеятельности Александра Васильевича Суворова. В некоторых компаниях моя книга «Менеджмент по-суворовски» вошла в обязательный список литературы для корпоративного чтения.

Но сегодня мне хотелось бы поговорить о Екатерине Великой. Жизненный путь этой женщины поистине удивителен. Будучи немкой по рождению, она стала подлинно русской, и Россия приняла ее как матушку всея Руси. Подобно Петру I, она удостоилась титула «Великая» и «Мать отечества». При всем при том прав на престол она фактически не имела и тем не менее благополучно царствовала 34 года (абсолютный рекорд среди российских императоров) в эпоху дворцовых переворотов, которые были до и после нее.

Коротко об итогах правления Екатерины:

За 34 года ее правления население России возросло с 19 до 36 млн. человек. Территория страны увеличилась на 20 %. Доходная часть бюджета возросла вчетверо. Было одержано 78 военных побед, все войны, которые велись беспрерывно, были выиграны. В три раза была увеличена численность армии. Флот увеличился в пять раз. В три раза увеличилась выплавка чугуна, по этому показателю Россия обогнала Англию и вышла на 1-е место. В пять раз возрос оборот внешней торговли. Были заложены основы правового управления государством и прочный фундамент для культурного расцвета России в XIX веке. XVIII век вошел в историю как век наибольшей славы и могущества России. Многие авторы называли и до сих пор называют его золотым веком Екатерины.

Каким же образом хрупкой девочке нерусского происхождения удалось вместе со всей нашей огромной страной подняться на вершины славы? Для того чтобы найти ответы на этот вопрос, я предлагаю обратиться к творению другого нашего гения, появившегося на свет через четыре года после ее смерти. Это стихотворение А. С. Пушкина «Мне жаль великия жены», написанное в 1824 г. на полях «Евгения Онегина»:

Мне жаль великия жены,
Жены, которая любила
Все роды славы: дым войны
И дым парнасского кадила.
Мы Прагой ей одолжены,
И просвещеньем, и Тавридой,
И посрамлением луны,
И мы прозвать должны
Ее Минервой, Аонидой.
В аллеях Сарского села
Она с Державиным, с Орловым
Беседы мудрые вела —
Чай пила…
С Делиньем – иногда с Барковым.
Старушка милая жила
Приятно и немного блудно,
Вольтеру первый друг была,
Наказ писала, флоты жгла,
И умерла, садясь на судно.
С тех пор … …..мгла.
Россия, бедная держава,
Твоя удавленная слава
С Екатериной умерла.

Пушкин гениально схватывает ключевые аспекты жизненного образа Екатерины. Самое важное, самое существенное. Однако по порядку.

Пушкин пишет о том, что Екатерина любила все роды славы: «дым войны и дым парнасского кадила». Что значит любила «дым войны»? Она что же, с шашкой наголо водила в штыковую атаку лихих русских гренадеров? Что-то не припомню такого случая в истории. Вся фишка заключается в том, что Екатерине удалось создать самую мощную на тот момент в мире армию, противостоять которой не мог никто: ни турки, ни поляки, ни шведы, ни французы. Победы русского оружия при Екатерине изумительны. Румянцев, Суворов, Репнин, Ушаков, Алексей Орлов разбивают наголову в несколько раз превосходящие их по силам армии противников при минимальных потерях. Чуть с более скромными результатами, но побеждают и другие русские полководцы: Каменский, Чичагов, Долгоруков, Салтыков, Прозоровский, Лобанов-Ростовский. Побеждают все. И опять все тот же вопрос. Почему при Екатерине побеждают так легко и убедительно, а до и после Екатерины победы даются огромным напряжением сил (одно Бородино чего стоит), а иногда и не даются вовсе?

Для меня ответ на этот вопрос довольно прост, и он имеет самое непосредственное отношение к сегодняшней управленческой практике. Екатерина умела доверить дело правильным людям. Она умела их к этому делу подготовить. Умела их воодушевить, а после поддержать. Как-то в одном из своих писем она писала, что сумела чиновников из адмиралтейского ведомства «так расщекотать, что они огневые стали». Причем «расщекотать» вовсе не означает угрозу расправы. Вот, к примеру, ее разговор с одним из своих секретарей: «Слушай, Перфильевич! Если в конце сей недели не принесешь ко мне наставлений или установлений губернаторской должности, манифест против кожедирателей да дело Бекетьева совсем отделанные, то скажу, что тебе подобного ленивца на свете нет, да никто столько ему порученных дел не волочит, как ты».

Как видите, вовсе нет привычному русскому уху: «ноздри вырву», «три шкуры спущу», тем не менее контроль есть, мягкий, но неотступный. Также интересно отметить, что жесткому наказанию Екатерина предпочитала мягкие. Все люди, с которыми она расставалась, бывали ею щедро одаряемы. Вот эту самую мягкость ей удавалось сочетать с явным чувством собственного достоинства, которое она умела передать другим людям, и они выполняли свои обязанности не из страха, а из чести и по совести. И тут мы подходим ко второму аспекту, также метко схваченному Пушкиным. Екатерина любила не только «дым войны», а еще и «дым парнасского кадила». Это он про что? Уж не курила ла она трубку, кропая вирши? И действительно, Екатерина писала стихи. (А кто по молодости не баловался?) Пять-шесть штук сохранились для истории, по стилю напоминают японское хокку[1]. Сама Екатерина считала их ужасными, но эти 5, которые сохранились, вполне ничего себе так. Курить, она, понятно, не курила вовсе. О чем же тогда идет речь?

Речь идет о том, что Екатерина искренне любила культуру и искусство. Что значит любила? Любила – значит, старалась, чтобы все в ее стране было как можно лучше, красивее и культурнее. Она собирала со всего мира лучших архитекторов и живописцев, скульпторов и музыкантов, и все они творили в России и для России. Не будет большим преувеличением сказать, что Екатерина пыталась перевоспитать и окультурить всю страну. И как это ни парадоксально звучит, во многом ей удалось с этой задачей справиться, хотя, конечно же, не все вышло так, как хотелось. Как же это так перевоспитать всю страну? Тут своих лоботрясов в семье попробуй воспитай, как-то они не очень воспитываются, а здесь вся страна… Тем не менее это так. Екатерина не боялась масштабных проектов. А терпение у нее было титаническое. Ее воспитание, прежде всего, касалось ее ближайшего окружения: Орловы. Потемкин, Румянцев, Безбородко, Зубовы, даже Панины, бывшие к ней в оппозиции, все равно ее воспитанники, воспитанники по культуре обращения друг к другу и к своему делу.

Екатерина не боялась масштабных проектов. А терпение у нее было титаническое.

Однако идем дальше: «Мы Прагой ей одолжены». Какой такой еще Прагой? Столицей Чехии, что ли? Вроде не было там никогда ни Екатерины, ни русских войск (ну разве что уже в ХХ веке). Конечно, речь идет о другой Праге. Прага – это предместье Варшавы, населенное преимущественно евреями. В екатерининские времена там находилась мощная крепость, оборудованная и оснащенная сродни Измаилу по последнему слову военной техники того времени. Так вот 24 октября 1794 года генерал-аншеф (по-нашему, генерал армии) Александр Суворов берет штурмом эту отлично укрепленную крепость. Берет, как всегда, быстро, лихо, по-суворовски: с минимальными потерями для себя и максимальными для врага. За это сражение поляки будут пытаться повесить на Суворова ярлык душегуба и кровопийцы. Сражение было действительно кровопролитным: половина польского гарнизона, а это около 15 тыс. человек, погибла, остальные попали в плен. Досталось и мирному населению, которое отчаянно защищалось, тем самым навлекая на себя еще больший гнев солдат противника.

вернуться

1

 Вот и наш корабль на мели.
Чтоб сняться, надо его разгрузить.
Самое грузное и тяжелое пусть немножко поплавает.
Обер-шталмейстер верхом! На чем? На канате.
Раз сто я бралась за перо и столько же раз бросала его;
Рассудок мой неподатлив, рифма моя – поддельна;
Моя проза легка, а стихи отвратительны.
1
{"b":"628131","o":1}