ЛитМир - Электронная Библиотека

– Эчгур в большой печали, – ответил Бронок, – поэтому он говорит сейчас то, чего не сможет понять почти никто. Пусть юный охотник всегда будет осмотрителен. Ведь его за такие слова могут просто съесть прямо на общем собрании племени, и это будет справедливо.

Юноша не стал спорить с великим воином. Немного успокоившись, Эчгур начал думать о том, как ему следует жить без своих погибших родных. А души подлых врагов должны уйти под землю, поэтому мерзкие тела нельзя даже сжигать на погребальных кострах. На небе никто не ждёт тех, кто убивает спящих, безоружных, женщин, детей и стариков.

Теперь Эчгур останется один в большой пещере. Он в состоянии о себе позаботится сам, добыть себе пищу и даже пошить одежду. В свои тринадцать лет он научился делать много полезного. Спасибо его отцу Нлюку, который бы постоял за честь семьи и племени, если бы не находился в мире сна.

Эчгур видел, как к большому погребальному костру из его пещеры выносили изуродованные тела его отца, матери, братьев и сестёр. Ему трудно будет забыть о них. Он никогда этого и не сделает, ему теперь придётся общаться с ними во время снов. Так принято, так всегда бывает.

Ему вложили в руки горящий факел, и Эчгур, встав на колени, поджёг погребальный костёр. Юный следопыт был в горе не один. С ним трагедию переживало племя Крепкие Руки, с населением в несколько тысяч человек, и, конечно же, те, кто поджигал и другие погребальные костры.

Пусть хорошие люди отправляются на небо. Там никто их не обидит, это ведь не планета Панджагия. Это… небо! Там нет коварства, злости, подлости, зависти. Наверное, так. Бронок заметил, что уход человека в один из других миров – это ведь не только причина для печали и страданий, но и для радости. Только там существует настоящая и долгая жизнь. Правда, каждому достаётся свой мир. Небесные боги и духи знают, кому и где следует находиться.

У восемнадцатилетнего следопыта было право отомстить племени Шестипалых за смерть своих близких и родных. Этой же ночью Крепкие Руки поступили точно так же, как их враги. В жестоком налёте на стоянку недругов участвовал и Эчгур. В живых нападающие не оставили никого. Племя Шестипалых перестало существовать. Конечно, пострадали и те, кто ничего и никому плохого не желал. Но иначе поступить было нельзя. Так считало большинство Крепких Рук.

А черепах Цырьпанов Эчгур перед ночным боем отпустил на свободу. Пусть живут хоть они, если не у всех людей это получается.

Теперь он остался один в большой пещере и заботился сам о себе. Не так часто, но ему приходилось охотиться в том месте, где жили большие, очень высокие люди. Эчгур, как и многие в племени, знали, что трёхметровые гиганты, на чьих телах, вообще, не имелось шерсти и даже волос на голове, спустились сюда с неба. Они прилетели сюда из дальнего мира в большом шалаше, похожем на высокую гору с острой вершиной. В нём они и жили.

Когда люди из племени Крепкие Руки встречали пришельцев-гигантов, одетых в необычные оранжевые шкуры, они старались спрятаться от них, хотя пришельцы никому не приносили вреда. Если они и вмешивались в жизнь обитателей стоянки Фиолетовые Горы, то в самом крайнем случае или по величайшей просьбе вождя Санду. Только тогда кто-то из небесных жителей появлялся перед ним, когда у правителя появлялись добрые и благие намерения по отношению к своему народу. Но такое случалось редко. Санду был жесток и зол, и считал, что он подобен Богам, прилетевшим сюда с неба.

Пришельцы-гиганты передвигались по суше, воде и воздуху в странных прозрачных куполообразных приспособлениях. Тот, кто из числа Крепких Рук, видел такое, не знал, с чем это можно сравнить. Впрочем великаны в оранжевых одеждах могли появляться прямо из… воздуха и так же внезапно исчезать, перемещаться, неизвестно куда и каким образом. Но что тут думать? Боги могут всё.

Решил он идти и на этот раз в тот район леса, где находится летающий дом пришельцев-великанов. Там можно было удачно поохотиться на крылатых ящериц Муэнь. Но так получилось, что луком и стрелами Эчгур воспользоваться не успел. На одной из возвышенностей, появишися внезапно над его головой огромный птеродактиль с перепончатыми крыльями Эгдут-Но, схватил его цепкими лапами за накидку из шкуры дикой козы Менка и понёс под самые облака.

Эчгур уже не рассчитывал на то, чтобы остаться живым. Даже если он сумеет вырваться из когтей крылатого гиганта Эгдут-Но, то упадёт на дно ущелья, на острые камни. Храбрый юноша держался мужественно, принимая близкую смерть, как судьбу, которая дана ему высшими богами и духами, но вдруг почувствовал, что птеродактиль разжал когтистые лапы и стал не стремительно, а плавно не планировать, а падать на землю. Эчгур ощущал себя не камнем, брошенным с неба на землю, а птицей, которая летит неведомо куда.

Через мгновение он оказался внутри огромного летающего шалаша пришельцев-великанов, сидящем не камне, а на чём-то удобном и мягком. Он с удивлением рассматривал внутренние стены жилища инопланетян, поражаясь всему тому, что видел. Описать то, что представилось его взору, молодой парень был не в состоянии: кресла, столы, мониторы, яркие эстампы на стенах… Напротив него, в лёгкие оранжевые комбинезоны, сидели два великана: мужчина и женщина. Черепа их были удлинены, глаза раскосы, лбы широки, рты маленькие… Эчгур почувствовал не то, что бы страх, но некоторое неудобства. Для приличия он хотел было встать с удобного сидения на ноги, и упасть перед богами на колени, но мужчина дал знак рукой, чтобы тот не делал этого.

Женщина, улыбнувшись и слегка поклонившись, растворилась в воздухе. Мужчина на языке племени Крепкие Руки сказал:

– Можешь звать меня Владимир Степанович, фамилия Гусев. Впрочем, что я говорю, Эчгур. Тебе проще будет называть меня, всего лишь, Гусевым. Это легче выговорить, произнести. Всего одно, несложное слово.

– Эчгур поразился тому, что великий бог знает его имя, – с почтением ответил юноша. – Молодой охотник благодарен небесным великанам за то, что они спасли его от смерти и уничтожили страшного Эгдута-Но.

– Мы его не убили, Эчгур, а просто усыпили. Птеродактитиль не виноват в том, что ему хочется есть. А ты для него – не враг, а всего лишь добыча.

Потом Гусев терпеливо и, по возможности, просто начал объяснять юноше, что они – никакие не боги, а космическая межзвёздная экспедиция с планеты Земля. Если, точнее, то все они из страны Россия. Здесь, на Панджагии, их не так много – шестьдесят восемь человек. Несколько сотен лет тому назад относительно средний рост землян был сто семьдесят-сто восемьдесят сантиметров. Но случилось так, что на Земле произошла ядерная война, и те страны, которые её развязали, по сути, уничтожены. Там остались люди, похожие на диких зверей – многоголовые, рогатые, хвостатые, клыкастые… Они изменились, одичали. Как мог, Гусев объяснил юноше, что произошла в этих местах полная инволюция, деградация человеческих потомков.

Но добро, всё-таки, одержало победу над злом. Конечно, Россия никогда и никому не желала ничего плохого, но ей необходимо было защищаться. После таких страшных событий с выжившими людьми в стране произошли изменения. Их средний рост стал около и более трёх метров. С тел полностью исчез волосяной покров, перестали расти зубы, изменилась внешность…

– Война – это плохо, – сказал Владимир Степанович.– В нормальном обществе гуманоидов не должно быть никаких войн, насилия, унижения, неравноправия… Но тот, кто покушается на чужую жизнь и свободу, обязательно должен быть изолирован от нормальных людей. В том случае, если он не поддаётся перевоспитанию. С этим ничего не поделаешь.

– Великий Гусев знает всё, но он не прав, – смело возразил юноша. – Без войн человеку невозможно прожить. Да ведь и не получается в мире людей равноправия, один богат, другой беден.

– На Земле несколько столетий назад существовали люди, которые считали так же, как ты. Но мы вынуждены были убедить их в том, что они не правы. От некоторых из них пришлось избавиться, отправить их духовные, энергетические субстанции в иные миры. Если проще говорить, то они заслужили смерти. В данном случае, это гуманно и правильно по отношению к подавляющему большинству. Но, всё-таки, следует стараться заниматься не уничтожением врагов, а желать им стать относительно нормальными людьми.

3
{"b":"631264","o":1}