ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Падение Элизабет Франкенштейн
Три «котла» красноармейца Полухина
Цветик-семицветик. Сказки
1Q84. Тысяча Невестьсот Восемьдесят Четыре. Книга 1. Апрель–июнь
Придурки
Вначале будет тьма // Финал
Атлант расправил плечи
Тайная тропа
НИ СЫ. Восточная мудрость, которая гласит: будь уверен в своих силах и не позволяй сомнениям мешать тебе двигаться вперед
A
A

          Рубашка спустилась ниже, и лёгкая прохлада коснулась груди, заставив её напрячься, а соски сжаться. Или это не прохлада, а прикосновения губ барина, которые обцеловывали груди, то приближаясь к соскам, то удаляясь, заставляя меня нетерпеливо ёрзать в ожидании... сама не знаю, чего.

          Прежде я не раз наблюдала, как парни хватали девок пятернёй за грудь, девки взвизгивали и отталкивали парней, но как-то неубедительно. Словно возражали только потому, что так принято, а самим им нравится. И улыбались они при этом так завлекательно. А я понять не могла, что за удовольствие в том, что кто-то хватает тебя за грудь и... жамкает. Наверное, что-то в этом было, только меня ж никто не хватал, по мнению парней - не за что было, так что понять, какая в этом радость, мне было не суждено. Ну, грудь и грудь, что за неё схватить, что за ногу, мне казалось, что всё равно, чувства те же, мясо - оно и есть мясо.

          А оказалось, что нет. Теперь, когда барин касался моей груди, я вдруг поняла, что она, оказывается, не только чтобы детей кормить, и чтобы парни хватали, оказывается, прикосновение к ней невероятно приятно. И когда губы барина обхватили мой сосок и стали его легонько посасывать, я взвизгнула и выгнулась, потому что меня вдруг прострелило неиспытанным прежде сладким удовольствием. Оно затмевало мой разум, заставляло тело ёрзать и выгибаться, а руки - схватить барина за голову и стараться крепче прижать его к моей груди.

          Довольно хмыкнув, барин выпустил мой сосок, подув на него на прощание и заставив меня застонать от разочарования, и тут же занялся вторым, а первым занялись его пальцы, нежно обхватив грудь, чуть сжимая и теребя требующий ласки сосок. Меня бросало то в жар, то в холод, низ живота наливался странной горячей тяжестью, почти болью, непонятной, непривычной, что-то требующей. Я не понимала, что мне нужно, но барин, похоже, прекрасно это знал.

          Его рука скользнула вниз, обхватила моё колено и отвела его вверх и в сторону, заставив ногу согнуться. Потом, пока язык и губы продолжали попеременно ласкать то один мой сосок, то другой, пальцы барина прокрались вверх по внутренней стороне ляжки, задирая подол рубахи и оставляя на чувствительной коже обжигающий след, пока не прикоснулись к тому, чего никто никогда не касался, к жаркому и стыдному, к тому, что встретило эти пальцы с восторгом и облегчением.

          Да! Да, именно там мне и нужны прикосновения, да, только они могут облегчить эту непонятную, горячую и тянущую боль внизу живота. Пальцы, словно услышав мою немую просьбу, начали играть там, ощупывать, исследовать, гладить, облегчая боль, и в то же время, заставляя её расти. Я уже ничего не понимала, ёрзала по кровати и стонала всё громче, причитая «пожалуйста, пожалуйста», даже не понимая, о чём я вообще прошу. Наверное, как-то унять эту странную боль.

          - Такая чувственная, такая отзывчивая, - восторженно бормотал барин, зубами стягивая мою рубаху всё ниже, и при этом, задирая её снизу всё выше, пока она не оказалась скомканной где-то у меня на животе.

          Я даже не осознала, как и когда барин оказался надо мной, разместившись между моих, уже широко раскинутых ног, и лишь чувствовала его губы, его умелые пальцы, творящие чудеса с тем потайным местечком у меня между ног, о котором я прежде и не думала даже. Но в какой-то момент пальцы заменило нечто большее, оно, толстое, крепкое и горячее, начало проталкиваться в меня, заставив испуганно напрячься. Я знала, что должно произойти, но не думала, что это окажется таким большим. Мамочки, он же меня разорвёт!

          - Такая МОЯ! - выкрикнул барин и резко толкнулся вперёд, внутрь, в меня, сразу войдя невероятно глубоко, заставив закричать от боли и попытаться оттолкнуть, спихнуть того, кто неожиданно сделал мне так больно.

          Но лямки рубашки, оказавшиеся где-то возле моих локтей, словно бы спеленали меня, прижали руки к бокам, и я беспомощно трепыхалась, не в состоянии что-то сделать. Я попыталась отползти, слезть с этой штуковины, которая находилась внутри меня, потому что это было больно и... неправильно! Но сильные руки обхватили меня и удержали на месте, не позволяя двигаться.

          - Тише, тише, маленькая, не дёргайся, ты сделаешь себе ещё больнее, - тихий голос пробился сквозь пелену боли, заставил прислушаться и замереть.

          - Больно, - всхлипнув, пожаловалась я.

          - Я, знаю, Лукерьюшка, я знаю. Но я даже и подумать не мог, что ты - девственница. Прости, я бы действовал осторожнее, но ты была такой отзывчивой, что я мог подумать?

          - Выньте его, - робко попросила я.

          Непонятно, почему он удивляется, ему ж все девушки непорченными достаются.

          - Нет, маленькая, если я сейчас шевельнусь, то сорвусь. Потерпи немного, боль сейчас пройдёт.

          Я покорно лежала и всхлипывала, а барин сцеловывал слёзы с моих щёк, потом коснулся дрожащих губ, потёрся о них своими губами, лизнул, снов потёрся, прихватил нижнюю губу, чуть прикусил, а потом вдруг припал к моим губам крепким поцелуем. Сначала я просто растерялась, не зная, как реагировать и что делать, но губы барина были таким... не знаю, как назвать, но то, что они делали с моими губами, заставляло забыть даже про боль там, внизу. Она, кстати, потихоньку стихала, барин сказал правду. Да и знала я, что первый раз всегда больно, просто не думала, что так сильно. И что у барина такой большой окажется. Божечки, какой же тогда у Варькиного Антипки-то, если она у барина и не заметила почти? С полено, что ли?

          Боль почти стихла, оставив лишь неприятное чувство распирания. И, словно поняв это, барин начал медленно вынимать из меня свою штуку. Я ойкнула - снова стало больно, хотя и не так сильно, но он же вынимал, значит, скоро мне станет легче. Я постаралась расслабиться, дожидаясь, когда всё прекратится, но тут барин остановился, а потом начал двигаться обратно в меня.

          - Ээээ... - всё, что смогла выговорить, вложив в голос всё испытываемое непонимание и возмущение.

          - Тише, маленькая, тише, потерпи, скоро станет легче, обещаю.

          Ну, если обещает... Я вдохнула поглубже и приготовилась терпеть. Как там Варька говорила? Поелозил маленько и сдулся? Ладно, маленько я вытерплю.

          Маленько прошло. И ещё маленько. И ещё, а барин продолжал двигаться так, словно не собирался останавливаться до самого утра. Варька, я тебя прибью!

          Но в одном барин не солгал - боль потихоньку отступала. Пока ещё оставалось чувство распирания, правда, уже не такое ужасное, привыкла, я что ли? Но боли уже не было. Зато губы, целующие меня - это было тааак приятно! Всегда удивлялась, что в этом люди находят, противно же наверное, и слюняво. А вот барин целовался не слюняво. И совсем-совсем не противно. Только чуть щекотно от усов. И эти поцелуи даже немного примиряли меня с тем, что творилось там, внизу.

          А барин всё двигался и двигался. И в какой-то момент я вдруг поняла, что мне не только от поцелуев приятно, но и внизу, как ни удивительно, тоже. Боль прошла, а эти движения вдруг стали вызывать странное чувство. Снова низ живота стал наливаться теплом, требуя облегчения, только непонятно - какого. В прошлый раз легче стало от пальцев барина там, но потом всё испортила эта его здоровенная штуковина. А теперь... Не знаю, не понимаю, но вдруг осознала, что снова ёрзаю, и почему-то даже двигаюсь навстречу движениям барина.

          - Да! Да, моя хорошая, - сразу заметив, что происходит, стал подбадривать меня барин. - Я знаю, ты сможешь. Давай же, маленькая, ну?

          Я не понимала, чего он от меня хочет, я вообще мало что понимала, но этот жаркий шёпот прямо мне в губы словно бы заставил жар в моём теле сильнее накатывать волнами, усилил горячую боль внизу живота, ничего общего не имеющую с болью от первого проникновения, заставляя меня двигаться всё быстрее в поисках чего-то, какого-то освобождения, что у меня никак не получалось.

4
{"b":"631433","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Конец работы. Куда исчезнут офисы и как подготовиться к изменениям
Скрытые манипуляции для управления твоей жизнью. STOP газлайтинг
Женщины, которые любят слишком сильно. Если для вас «любить» означает «страдать», эта книга изменит вашу жизнь
Латая старые шрамы
Талорис
Хроники Максима Волгина
Наследница журавля
Голоса деймонов
Невеста для миллионера