ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вместо этого из здания фирмы вышел абсолютно неприметный мужчина. На нем был поношенный костюм, купленный в магазине готовой одежды. Однако налетчики не могли заметить этого в темноте. Лишь когда человек оказался у них в руках, они опешили: да это же не он! Это просто какой-то бухгалтер! На всякий случай они проверили его документы. Там было написано: Тео Альбрехт. Перед ними стоял основатель компании Aldi Nord.

Семья заплатила за его освобождение выкуп в размере семи миллионов марок. Он остался жив и снова окунулся в свою скромную затворническую жизнь. Тео Альбрехт никогда не давал интервью, не посещал балы для знаменитостей, не выступал в публичных дебатах. Он не был членом ни одной ассоциации предпринимателей, не посещал никаких конгрессов, ни разу не выходил на трибуну докладчика. Папарацци десятилетиями безуспешно караулили его, чтобы сделать хоть одну новую фотографию.

В свободное время Тео Альбрехт выращивал орхидеи, по воскресеньям ходил в церковь и был очень трезвомыслящим человеком. Он был таким же интровертом, как и его брат Карл, владелец компании Aldi Slid. Другие предприниматели колесили по стране, публиковали громкие статьи в газетах, давали приемы, на которых шампанское лилось рекой. Нередко последним гостем на такой вечеринке оказывался кризисный управляющий, назначаемый в связи с банкротством, как, например, в случае с владельцем глобальной аптечной сети Антоном Шлеккером.

Братья Альбрехт, воспитанные в строгом католическом духе, жили скромно, но успех их был велик. Не создавая шумихи, не произнося громких речей, они своим трудолюбием пробились в число самых богатых жителей Германии. Их семейное состояние оценивалось в 30 миллиардов марок. Они могли позволить себе жить без шума, потому что хорошо разбирались в своем ремесле.

КОНСУЛЬТАЦИЯ СО СПЕЦИАЛИСТОМ «Я С ТРУДОМ НАХОЖУ СЛОВА!» (ЧАСТЬ 1)

Клиент: Когда я нахожусь среди большого числа людей, у меня из головы все словно выдувает. Я всегда слишком робею, не могу подобрать нужные слова и даже не открываю рот.

Консультант: Вы считаете себя робким? Или интровертом?

Клиент: Но ведь это одно и то же!

Консультант: Вы ошибаетесь. Если речь идет о робости, то это социальный страх. Вы боитесь опростоволоситься. Вас сковывает присутствие других людей. У вас колотится сердце, выступает пот, дрожат руки, потому что вам не хватает уверенности в себе. Робость чаще всего возникает как следствие негативного опыта. Это приобретенное качество, и следовательно, от него можно избавиться.

Клиент: А интроверсия?

Консультант: Это не социальный страх, а нормальная разновидность темперамента. Вы живете в царстве собственных мыслей, черпаете энергию и самодостаточность из своего богатого внутреннего мира. Многие творческие личности и первопроходцы были и продолжают оставаться интровертами – от Альберта Эйнштейна до Вуди Аллена, от Альфреда Хичкока до Билла Гейтса. Большинство из них ничего не имеет против людей, если их не слишком много и общение с ними не слишком долгое. В противном случае это чрезмерно утомляет их, так как связано с большими затратами энергии.

Клиент: Тогда, мне кажется, я интроверт. Плохо, конечно, что это уже навсегда.

Консультант: В этом нет ничего плохого! В каждом человеке есть что-то от интроверта и экстраверта. Представьте себе весь диапазон своих поведенческих проявлений в виде футбольного поля. Значительную часть игры вы проводите в своей штрафной площадке – зоне интроверсии. Там вы чувствуете себя максимально безопасно. Но иногда под настроение вы переходите к атакующим действиям, то есть идете к людям и общаетесь с ними, словно экстраверт.

Клиент (чешет себе подбородок): я как раз пытаюсь вспомнить, когда со мной такое случается.

Консультант: Вы говорили, что, когда находитесь в группе людей, вам «всегда» не хватает слов. Значит ли это, что за всю жизнь вы так и не смогли сказать ничего путного?

Клиент: Да нет, иногда я выступаю вполне сносно, например на недавнем заседании объединения шахматистов. Тогда мне удалось убедить завзятых ораторов в том, что надо ответственнее подходить к организации турниров.

Консультант: А как вам вообще удалось встрять в это обсуждение?

Клиент: Я заранее написал по электронной почте председателю собрания, что хочу внести предложение, и он предоставил мне слово.

Консультант: Хорошая стратегия! Похоже, выступать среди шахматистов вам легче, чем на производственных совещаниях. Почему?

Клиент: Я увереннее себя чувствую. Я знаю, что эти люди хорошо ко мне относятся. Я неплохо разбираюсь в теме. А между заседаниями проходит полгода – достаточно времени, чтобы в голову пришло что-нибудь дельное.

Консультант: Тогда я попробую интерпретировать вашу начальную фразу в более позитивном ключе: «У меня в голове появляются мысли при соблюдении трех предпосылок: когда я чувствую одобрение со стороны окружающих, когда есть возможность подготовить свое высказывание заранее и когда я хорошо разбираюсь в теме». Правильно?

Клиент (после продолжительного размышления): Правильно, но я никогда не думал об этом в таком аспекте!

Пять стимулирующих подсказок от консультанта

● Какой образ (положительный или отрицательный) складывается у вас, когда вы говорите об интроверсии и робости? За счет чего он сложился?

● Предположим, вы выросли в Азии, где интроверсия и высокая чувствительность почитаются как добродетели. Что это изменило бы в ваших представлениях? И как это сказалось бы на вашем поведении?

● В каких ситуациях вы ведете себя как экстраверт? В каких группах вам легче всего выступать? Почему именно там?

● Каким было ваше самое удачное выступление? Как его могли бы оценить слушатели?

● Какие три фактора (например, доброжелательное отношение слушателей или хорошая подготовка), по-вашему, способствовали успеху выступления? Что вы можете сделать, чтобы повторить успех?

Шумиха пожирает своих детей

В дневнике одной ученицы преподаватель написал целую хвалебную песнь: «Ей удается следить за объяснениями на протяжении всего урока, не теряя концентрации и соблюдая тишину. Если она хочет взять слово, то сначала дает возможность высказаться другим. В разговоре никогда не повышает голос. За сдержанность и скромность пользуется высоким уважением не только у учителей, но и у одноклассников».

Вам кажется, что такого просто не может быть? В лучшем случае такая запись могла бы появиться в китайской школе! В Азии сдержанность ценится довольно высоко. Тихие и спокойные люди пользуются там уважением, скромность почитается, немногословность рассматривается как добродетель. Мысли сдержанных людей считаются достойными внимания, потому что они говорят только тогда, когда действительно к этому готовы. Социальная компетентность таких личностей ценится очень высоко, поскольку они умеют слушать, благодаря чему служат вдохновляющим примером для других. Их неспешность в мыслях считается проявлением глубокомыслия, хорошего понимания предмета и мастерства в своем деле. У тихонь в Азии много друзей!

Но спросите у любого учителя на Западе – в Европе или Америке, – какими чертами должен обладать отличный ученик. В их понимания культура обучения – это культура шума. Во время урока ученик должен как можно чаще брать слово, порой даже затыкая рот своим одноклассникам. Он должен излагать свои мысли молниеносно, в ходе групповой работы брать на себя функции лидера, на переменах быть душой компании, а не стоять в задумчивости в сторонке. Предмета «многословие» в учебных планах нет, но на самом деле мы всю жизнь получаем за него оценки.

Развязная болтливость возведена в ранг нормы, а любой разговор превращается в дуэль. Все как на Диком Западе: если тебе задан вопрос (или даже не задан), ты должен мгновенно выхватить «кольт» своего ответа и убрать конкурента с пути.

6
{"b":"632940","o":1}