ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Во всем этом Валентину Петровну лишь немного смущало то обстоятельство, что она ровным счетом ничего не слышала о такой краже. Если бы у кого-то украли дорогой инструмент, об этом гудел бы уже весь центр! Может, инструмент был совсем старый и списан за негодностью? А она навела тень на плетень на хорошего человека?

Надо будет уточнить у Ольги Ульриховны, которая отвечает у них за школьные музыкальные инструменты и прочий инвентарь. Кажется, у нее контрабасов в хозяйстве и не было вот уже лет десять.

Валентина Петровна в задумчивости вернулась в центр.

Там суета царила по-прежнему. Всеобщее волнение достигло апогея. Главный гость праздника должен был вот-вот ступить на их землю. И Валентина Петровна снова начала думать о том, сколько всего им нужно попросить у него.

И это она еще забыла о фондах их музыкальной библиотеки.

Вот ее обновить надо в первую очередь. Просто кровь из носу!

Дети до сих пор учатся по учебникам тридцатилетней давности. Нет, к самим учебникам претензий нет: прекрасные пьески, удачно подобранные. Но за столько лет учебники пришли в полную негодность. Клеенные скотчем и пергаментной бумагой, пожелтевшие и буквально рассыпающиеся на части, они выглядели, на взгляд Валентины Петровны, просто неприлично и никак не сочетались с их центром эстетического воспитания.

Какое может быть эстетическое воспитание, если учебники все растрепаны, а страницы желто-коричневые и в пятнах? Обязательно нужны новые!

В таких корыстных мыслях Валентина Петровна едва не пропустила появление зама. Он ее разочаровал. Невысокого росточка. Взгляд острый. Усики жесткие.

Нет, у такого и снега зимой не допросишься, если не запланирована и не согласована его выдача за три года вперед. Придется, видно, их библиотекарше, милой девушке Нине, еще немножко поработать переплетчиком. А что? Она очень даже ловко за эти годы научилась собирать из двух-трех вусмерть убитых и подлежащих списанию учебников один, вполне себе приличный.

Новый зам губернатора с чудным именем направился прямиком в зал.

Напрасно окружающие пытались пригласить его перекусить. Тот категорически отказался. И даже часы показал. Мол, некогда мне по кафе сидеть. В отличие от вас – бездельников, я человек занятой. И первым прошел в зал, в который до сих пор еще никого не пускали.

Какое-то время Валентина Петровна стояла на месте, потом спохватилась и побежала к своим ученикам. Надо было успеть дать детям последние наставления. И, пожалуй, самой съесть пару конфеток. А то Валентина Петровна что-то совсем разволновалась, а от волнения проголодалась.

У нее даже мелькнула мысль сбегать в кафе, попросить продать ей бутерброд. Но она представила, как это будет выглядеть: старшая преподавательница оставила своих детей ради хлеба насущного, – и передумала.

Валентина Петровна всегда утверждала, что дух – превыше материи. И она даже поссорилась на днях с их буфетчицей Людочкой, которая стояла на прямо противоположной точке зрения и твердила, что именно окружение и его материальная составляющая формируют личность человека.

И как же будет смотреть на нее Людочка, когда Валентине Петровне придется признаться в том, что ее собственный голод оказался выше духовности?

Концерт прошел с большим успехом. Дети расстарались на славу. Музыканты играли, плясуны водили хороводы и скакали вприсядку. Женские сарафаны полыхали алым, а хор грянул танцевальную так, что многие захлопали.

Даже Евстигней Емельянович повеселел, и усы у него вроде бы топорщились совсем не так сердито, как в начале.

Валентина Петровна была рада это видеть. Она немножечко больше остальных гордилась успехом, потому что в том была немалая ее заслуга. Сейчас на сцене одновременно выступают по два, а то и по три коллектива. И это была ее идея.

Это она посоветовала племяннице:

– Может, это и труднее в организационном плане, но ты уж постарайся, соедини малочисленные коллективы. Ведь когда несколько человек на сцене, зрелище получается куда эффектней. Одно дело, когда две пичужки что-то там попискивают тоненькими и еще не сформировавшимися голосками. Трогательно, конечно, но быстро надоедает зрителям. Несколько таких пигалиц – и зритель начинает зевать. И совсем другое дело, когда у тех же маленьких певуний имеется аккомпанемент в виде трио народников с дудками.

И вот сейчас Валентина Петровна увидела, как ее племянница Аннушка смотрит на нее и трясет поднятым вверх большим пальцем.

– Это успех!

Особенно понравился публике ансамбль гусляров в русских народных костюмах. Ребята играли хорошо, заслушаешься. Вот только Ниночки, которой поручили ими руководить, на сцене что-то не видно. Гусляры одни приняли овации.

– Но уж такая она, наша Ниночка, стеснительная и скромная. Дело делает, а как до похвалы, так она в сторонку отойдет и спрячется.

Ну, а уж когда в финале все юные артисты вышли на поклон, зал буквально разразился аплодисментами. Не было видно только их дорогого директора. Что-то вынудило его отсутствовать на концерте.

И Валентина Петровна видела, что место рядом с замом заняла ее Аннушка.

Ну и хорошо! Пусть сегодняшний успех запомнится заместителю губернатора вместе с ее племянницей. Это может помочь ей в жизни в дальнейшем.

– Им понравилось! Им действительно понравилось!

Евстигней Емельянович встал первым. Хлопая в ладоши, он немного постоял, а затем двинулся к выходу. Постепенно и другие гости стали продвигаться в том же направлении.

В дверях зала возникла небольшая пробка. Многие преподаватели и члены коллектива поспешили проводить важных гостей. Но счастливая Валентина Петровна оставалась на месте, он могла думать лишь о том, что сейчас все дорогие гости удалятся, охрана будет снята, и она сможет на своих законных правах пойти в кафе и перекусить там немножко.

Быть может, ей даже повезет и она успеет насладиться скатертями и свежими цветами на столах.

После того как первое лицо праздника покинуло их центр, все как-то раскрепостились. Чиновники не спешили разъезжаться.

Многие вернулись в центр. Одни пошли в кафе, другие бродили по фойе, о чем-то беседуя, разглядывая украшения, сделанные руками детей художественного отделения их центра.

Валентина Петровна не возражала против их присутствия. Она все же сумела получить свой бутерброд. После некоторого раздумья Валентина Петровна остановилась на том, что с красной рыбой последний и выглядел, и пах вполне прилично.

Перекусив, женщина почувствовала, как противное головокружение постепенно прекращается. Настроение у нее еще больше улучшилось, потому что ей удалось заполучить то самое пирожное с вишенками. И сделала она это под самым носом у того господина с тремя подбородками. Он уже уезжал и заскочил в кафе, чтобы захватить в дорогу полюбившиеся пирожные.

А Валентина Петровна увела последнее прямо у него из-под носа. Звонко высыпала на прилавок полагающееся за пирожное количество монеток, а буфетчица Зиночка ловко смела деньги.

– А больше нет?

– Все! Кончились!

Торжествуя, Валентина Петровна вышла со своим трофеем в фойе и через него направилась к себе. То есть собиралась это сделать. Но внезапно со стороны улицы раздался громкий хлопок, за ним, чуть погодя, еще один.

Валентина Петровна не придала бы этому никакого значения, но следом за хлопками раздался истошный женский визг:

– А-а-а-а! Убили-и-и-и!

На мгновение все замерли. Затем поднялась страшная суматоха. Кто-то бежал к лестнице, кто-то назад в кафе, кто-то рвался наружу. Несколько человек упали на пол, закрыв головы руками.

Валентина Петровна падать на пол не собиралась. Во-первых, негигиенично. Во-вторых, затопчут. И в-третьих, как быть тогда с пирожным? Расставаться с ним она не собиралась.

Как-то так получилось, что Валентина Петровна оказалась втянутой в тот людской поток, который стремился наружу.

Худенькой пожилой женщине было невмоготу сопротивляться мощному движению нескольких десятков крепких мужчин. Не прошло и нескольких минут, как она уже стояла перед зданием их эстетического центра, слегка ошеломленная произошедшим, но все еще крепко сжимающая в руках то самое пирожное с двумя алыми вишенками.

3
{"b":"645943","o":1}