ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Попытка взглянуть на юг привела к тому, что Драйбен вновь очутился в своем теле…

— Драйбен?

— Все в порядке. Рей. Прости, что побеспокоил. Ага, похоже, эта одежда предназначена нам. Выбирай, не стесняйся.

— Ужас какой! — с чувством провозгласил аррант, разглядывая ворох кафтанов, штанов, сапог, ремней и рубах. — И это мне предстоит носить?

— Не переживай, — утешил Драйбен приунывшего товарища. — Твои вещи, наверное, взяли стирать. Позже получишь их в целости и сохранности. Асверия, проснись, сколько можно дрыхнуть!

— Проснулась уже… — Девушка протерла кулаками глаза, сладко потянулась и зевнула. — Хвала Богине, наконец-то мы дома!

…Рев трубы заставил вздрогнуть не только Асверию, но и хладнокровного арранта. Громыхало под окнами, в большом дворе. Неблагозвучый рев труб был поддержан боевыми рогами, барабанами и пронзительными дуделками. С широких каменных подоконников поднялись на крыло перепуганные вороны.

— Сражение, что ли, начинается? — нахмурилась Асверия. — Неужто мергейты пожаловали?

— Никак нет, — послышался от дверей густой бас Страшара. — Сие лишь торжественное приветствие гарнизона замка высокороднейшей кониссе… Соизволь, госпожа, почтить доблестное воинство самолично, окажи милость…

На Асверию, озабоченно улыбаясь, глядел вчерашний седоволосый брюхан, разодетый в лиловый, малость потертый бархатный кафтан. Драйбен вспомнил, что этот малорослый толстяк является управителем Хмельной Горы и всего Кергово.

— Господин Клабуц! Страшар! — "Высокороднейшая конисса" поднялась на ноги, отряхнула штаны от соломы и слегка поклонилась. Худощавая девчонка в измятой мужской одежде, с заспанными глазами и взъерошенными светлыми волосами никак не тянула на столь высокий титул. — А без церемоний не обойтись?

— Как можно! — задохнулся от праведного негодования управитель. — Ежели порядку не требовать и обычаев не блюсти, так нас не то что степняки — блохи зажрут! Уж ты не рушь традиций, выйди к гарнизону, прими присягу! — Слово «гарнизон» Страшар выговаривал словно молитву и извлек его, надобно думать, из глубин памяти исключительно ради высокородной госпожи.

— Присягу? — повторила Асверия с недоумением.

Хорошо, раз надо — приму. Хотя мне и одеться-то не во что…

Госпожа вздохнула, влезла в кафтан, обернула босые ноги портянками и начала натягивать сапоги.

Страшар, мелко семеня, приблизился и развернул принесенный с собой сверток.

— Надень-ка, госпожа, вот это… Тогда всяк поймет, кто нынче владетель Кергово!

Управитель извлек из холстины серебряную корону с пятью зубьями в виде листьев клевера. Четыре зубца были украшены сердоликами, а пятый — центральный — крупным сапфиром.

— Ах, беда какая, — схватился за голову Страшар, узрев, что корона велика и, как ни надень, сползает на уши Асверии. Надо немедля приказать кузнецу обруч стянуть. А пока тряпицу подложим, все ж прочнее сидеть будет!

Рей наблюдал за суматошными действиями Страшара с безмерным удивлением, а Драйбен только посмеивался втихомолку. Все знакомо до боли! Корона велика, замок прокопчен до конька крыши, пиво кислое, гарнизон вечно выпивши, а ночи холодные… Все как в детстве, в полузабытом Кеште. Интересно, успели мергейты сжечь родовое его гнездо или старая крепостишка еще стоит?..

Наконец обруч худо-бедно утвердили на голове Асверии. Предусмотрительный Страшар обрядил хозяйку в бирюзовый плащ, бормоча: "Так-то оно приличнее будет! Все-таки конисса, а не девка какая заезжая…" — и потащил к выходу. Асверия бросила на Драйбена с Реем умоляющий взгляд, и те двинулись следом.

Видать, управитель поднял стражников задолго до восхода солнца. Двор подмели, свиней загнали в хлева, и впечатление портили только куры, квохчущие на открытых насестах, и маленькая черно-белая собачка, с лаем шнырявшая под ногами воителей.

— Н-да-а-а… Давненько я на родине не был… — протянул Драйбен, оглядывая с высокого деревянного крыльца невеликое войско Хмельной Горы. — Рей, как тебе тут нравится?

— Нравится… кое-что, — уклончиво ответил аррант. — Так это и есть доблестные защитники замка? Нардарец кивнул:

— Выглядят неказисто, спору нет. Но учти, наша страна никогда не бывала побеждена. Вторгались в нее недруги нередко, однако же назад возвращались не солоно хлебавши. Если возвращались. Так что вояки эти дорогого стоят.

Между тем Страшар вывел на верхнюю ступеньку крыльца Асверию в съехавшей-таки в последней момент на ухо короне, раскрыл рот и… позабыл все приготовленные по такому случаю слова.

— Так… — прочистив горло, выдавил он после длительного напряженного молчания.. — Госпожа, значит, изволила прибыть домой. Все поняли?

Стражники одобряюще загудели. Вот и хорошо, без длинных речей, коротко и ясно.

— Значит… Эй, Снява, куда знамя в пыль наклонил?! Подыми тотчас, чтоб на ветру колыхалось! Вот ведь олухи… Но, клянусь Священным Огнем, госпожа вам задаст! Уж она-то тут порядок наведет!

— Наведу, — без улыбки согласилась Асверия. — Что надобно дальше делать? Целование знамени, присяга?

— Потом — пир, — брякнул окончательно растерявшийся Страшар. — И… если пожелаете — охота на медведя.

— Лучше уж на мергейтов, — проронила Асверия, поняв, что дело надо брать в свои руки. — Гарнизон! Слушать меня!..

Глава вторая

ЛИЦА БЕЗ МАСОК

— "…Седьмому, Девятому и Двенадцатому панцирным лагиторам надлежит войти в столицу. Второму и Четвертому колониальным лагиторам войти в Лавалангу и Аланиол, перекрыв дороги, ведущие с побережья в глубь страны. Порт Каври и город, носящий данное имя, передаются в управление гилену флота Постуму Сестерону, коему следует силами военного флота держать Каврийскую провинцию в повиновении.

Гериором войск Аррантиады назначается физол Арра Лурий Витир — до появления надлежащего указа за подписью и печатью Царя-Солнца.

В случаях неповиновения военным властям, стихийных бунтов и возмущений арвагеты имеют право употреблять силу без дозволения вышестоящих. Любой схваченный мятежник, бунтовщик и подстрекатель подлежит немедленной казни, выбор коей оставляется на усмотрение командиров лагиторов и квилларий…" Кэрис прервал чтение и выразительно покрутил головой. — Круто Божественный берет! — Пробежал глазами по строчкам пергамента и продолжил чтение: "…Нанятые у купцов и торговцев суда переходят на содержание государства вплоть до надлежащего распоряжения. Владельцы и команды судов имеют право не покидать свои корабли и в этом случае считаются временно перешедшими на службу Высочайшему Кворуму, Совету Эпитиаров и Царю-Солнцу.

Физолам портовых городов предписывается обеспечить запасы продовольствия и пресной воды для всех нанятых судов. Закупка продовольствия будет производиться за счет казны Аррантиады, следить за расходами поручается…" Ну это не важно… Ага!"…Дополнительные распоряжения, связанные с Праздником Морского Хозяина, содержатся в свитках, вскрыть которые надлежит после полуночи в канун указанного дня…" Н-да, забавный рескрипт… И где же тебе удалось его добыть?

— Это копия. Подлинник хранится в шкатулке мужа. Пока Тиргил спал, я вскрыла ее и переписала текст указа.

— Вскрыла?

— Именно. Мои приятельницы из Нижнего города научили меня справляться заколкой для волос с самыми замысловатыми замками.

— Божественная, талантам твоим и впрямь несть числа! — восхитился Кэрис. — Однако я не понимаю, зачем ты дала мне прочитать этот документ? Он подтверждает, что твой супруг задумал избавить Аррантиаду от дармоедов, чрезвычайно расплодившихся, насколько я понимаю, из-за несовершенства здешних законов. А мне-то до всего этого какое дело? Да и тебе тоже? Тебя-то ведь Тиргил не собирается посылать пахать землю на Восточном материке?

— Не собирается. Но мне жаль этих людей. — Валерида вздохнула и, заметив, что Кэрис недоверчиво вскинул бровь, торопливо пояснила: — Нет, я понимаю, что иного выхода нет — Аррантиада и колонии не могут вечно кормить армию бездельников, которая растет из года в год. Задуманное Тиргилом должно быть исполнено. Но это не изменит положения коренным образом, а лишь продлит агонию моей страны.

4
{"b":"64838","o":1}