ЛитМир - Электронная Библиотека

========== Пролог ==========

Маркезе стояла посреди кабинета, который постепенно наполнялся светом закатного солнца. Частички пыли танцевали в воздухе, словно золото рассыпалось на тысячи крупиц. Рабочее место директора было обставлено светло-зеленой мебелью и темными шкафами, в которых без дела стояли кубки и грамоты. «Потому что нашим ученикам покоряются все высоты», — утверждала администрация, заманивая родителей престижем.

Десятки запахов окружали девушку, которая переминалась с ноги на ногу, стоя на ковре цвета травы. Пахли цветы, пахли бумаги, пахла пыль. И чувствовался тонкий аромат одеколона «Гибель Адама». Маркес знала эту линейку ароматов: в ее сумке лежали флакончики «Змей-искуситель» и «Райский сад». Один из них отдавал цитрусами и морским берегом, другой — вишней и весенней прохладой. Может быть, ее отношения с директором нельзя назвать хорошими, но его вкус импонировал ей. Иногда девушке казалось, что в этом кабинете она была своей. Хотя гордиться этим вряд ли стоило: директор отчитывал ее чаще, чем она появлялась на занятиях последние дни. Тоска.

«Риодели!» — Громкий голос раздался за спиной, заставляя Кезе резко обернуться. На неё надвигался высокий и худосочный старик, чьи очки постоянно сползали вниз. В который раз он поправил их, короткими пальцами держась за оправу. Маркес считала это своеобразным тиком главы администрации школы. Лицо директора Ригана не выражало удивления или интереса, только разочарование и усталость от происходящего. «Обычно, — начал он со спокойного выдоха, приводя мысли в порядок, — я угрожаю таким, как ты, отчислением или вторым годом».

«Но ты уже в выпускном классе, видеть тебя я больше просто не могу», — в унисон ему повторила Маркес, полностью скопировав интонацию старика. Тот, слегка порозовев, яростно выпалил: «Что за неуважение! Я!..»

«Думаешь, я потерплю такое! Кто позволил тебе так вести себя?» — От былого спокойствия директора не осталось и следа, но Кезе все также равнодушно повторяла за ним. Слово в слово. Конечно, ведь это просто их роли, выученные наизусть. Она понимала, что каждая такая встреча что-то меняет в характере директора, те же реплики слышатся иначе. Он уже привык к ней? Он рад ей? Вряд ли у неё получится узнать ответ в ближайшие несколько лет.

«Маркезе, — старик отодвинул кресло и, не теряя чувства собственного достоинства, плюхнулся в него, — что с тобой? Я так часто тебя отчитываю, но тебе все равно! Я пытался торговаться, отрицать, принимать. И никакого результата!» Маркес устало зажмурила глаза, украдкой подумав: «И чего ты хотел от меня? Я тебе кто, умница-разумница?»

Однако у девушки не было планов влезать в очередную словесную перепалку, тем более, с этим человеком. Работу Ригана сложно было назвать лёгкой и приятной — ещё и сорвётся на плохую ученицу! А Маркес и так сегодня досталось. Так и нарисовался ответ на вопрос, отчего девушку вызвали сюда. Причиной послужила очередная драка, закончившаяся разбитым носом, поломанной стеной и разбитым планшетом. Удивительно, но сама Риодели отделалась только разбитым коленом.

«Господин Риган, мне нравится ваш парфюм», — Кезе улыбнулась уголками рта, подняв руки вверх, шуточно подчеркивая своё поражение. Директор пристально изучал ее: помятая одежда, торчащие волосы и множественные пластыри рассказывали о Маркес все. Никакие хулиганы и рядом не стояли! Изрисованные стены, бранная лексика, торговля сигаретами и ответами на экзамены, розыгрыши и глупые подставы, — скажите, в чем она не преуспела? «Твоя успеваемость — это лишь доказательство того, какая ты упрямая, — Риган чуть ли не беспрерывно поправлял оправу позолоченных очков, изредка переключаясь на слишком тугой чёрный галстук, — здесь отлично, а тут едва ли удовлетворительно».

«Я пользуюсь той же линейкой. Мне кажется, она должна возглавить «Топ решений модных домов» в этом году. Но почему «Гибель Адама», сэр?» — Темные глаза девушки выражали отстранённость и расслабленность, словно взгляд проходил сквозь мужчину. Ей хотелось уйти от этого сценария любой ценой. Кезе устала отвечать на одни и те же вопросы из раза в раз, возможно, пора просто узнать друг друга получше. Риодели уже не интересовало, какие муки ада может пожелать этот человек. Хоть бы раз он действительно сделал то, что наобещал!

«Да ты! — Риган резко вскочил с кресла, а потом снова упал в него, не в силах удержаться на ногах, — Ты совсем с ума сошла! Я… к сожалению, согласен с тобой. Но, Риодели, чего ты добиваешься?»

Девушка стояла в метре от него, но он понимал, что мысли ее сейчас далеко от их разговора. Что уж там, они далеки от всей планеты! Отсутствие концентрации создавало иллюзию потерянности и рассеянности, будто Все происходящее — это не с ней, не про неё. Кезе убрала руки за спину, после чего склонила голову на правый бок и ответила: «Я устала от всего, сэр, моя жизнь похожа на грустное шоу. Вот и весь ответ».

«Твои психические нарушения… неужели все так плохо?» — На последнем предложении Риган слегка запнулся, опасаясь, что она услышала первую часть фразы. Стоило ли поднимать эту тему непосредственно с самой Маркес? Иногда он забывал, что все ее странности — это отголоски детской травмы. Лишь на миг ему стало жаль ее: призраки прошлого преследовали Кезе, толкая на самые странные и безрассудные поступки.

«Я неисправима. Мне нужно внимание и признание, сэр, и я получаю их любой ценой. Вы подумайте: наши встречи всегда будут такими. Будете кричать и причитать, а я буду стоять и пытаться разговорить вас. Но потом я уйду, натворю всякого и, возможно, меня опять поймают, — Девушка начала раскачиваться с пятки на носок, медленно и неритмично, — ничего не поделаешь. Замкнутый круг, сэр».

«Ясно, — он снова поправил очки, хотя они ещё не успели сползти с переносицы, — но твои выходки возмутительны. Либо ты исправляешься, либо я тебя отчисляю».

Его слова были тихими и свистящими, словно звуки выносились из груди порывистым ветром. «А разве мы не начинали с того, что вы меня не отчислите?» — Маркес пожала плечами, все так же раскачиваясь вперёд-назад. Кезе смотрела на загорелую кожу главы администрации: кажется, он недавно вернулся из отпуска. «Господин Риган, так почему «Гибель Адама»?» — Маркезе склонила голову на другой бок. Частицы пыли плавно спускались вниз, оседая на поверхностях шкафов.

«Мне показалось, что… — Теперь легкий румянец на его лице стал заметнее, после чего директор смущённо улыбнулся, — женщинам такое нравится».

«Оно и ясно», — зевнула Кезе, выражая разочарование от предсказуемости ответа. «Какой оптимистичный мистер Риган! Как у него только инсульт не случается, когда он думает о женщинах», — все мысли Маркес напоминали снежный ком издёвок, но зла этому человеку она не желала. Все мы хотим любви?

«Ты действуешь мне на нервы. Клянусь, я ненавижу тебя, — Риган окончательно развязал галстук на шее и порывистым движением избавился от очков, которые последнее время доводили его до мелкой дрожи в руках, — всего лишь три месяца, — и я попрощаюсь с тобой!»

«Буду скучать по этому кабинету, и даже по вам немного, — девушка в два шага преодолела расстояние до двери, бросив на прощание, — купите себе уже линзы!» Значит, не отчислит все-таки. Директор не нашёлся, что ответить на подобное хамство. С другой стороны, Маркезе лишний раз подтвердила правоту тех навязчивых мыслей, что лезли в голову Ригана. Тем более, летом он уже пойдёт на операцию для коррекции зрения.

«Я тоже буду скучать», — он с грустью взглянул на своё отражение в стекле. Да, без очков и галстука Риган выглядел намного лучше, будто на десять лет помолодел.

========== Мир, о котором не говорят ==========

Вспышка! Скромно улыбающаяся Маркезе стояла в центре фотографии, на которой она была запечатлена вместе с Кулумбо и Ильей. Девушка обеими руками обнимала свою престарелую служанку, смеясь над какой-то глупой шуткой. Кулумбо – это приятная пожилая дама, всегда скрывающая свое лицо за темной полупрозрачной вуалью, а седые волосы – под элегантной шляпкой. Многие считали, что это бабушка Маркес. Сама Кезе считала ее заменой своей матери, которая пропала много лет назад. А как считала Кулумбо? Никак. Она просто служила и заботилась, направляя энергию этого ребёнка в мало-мальски созидательное русло. И иногда это дитё, которое уже года два как пересекло рубеж совершеннолетия, удивляло ее. «Может быть, ты и не закончила лучше всех, но имя твоё здесь ещё долго будут помнить», – седовласая женщина шутливо щелкнула воспитанницу по носу, напоминая обо всех выходках. «Ай!» – Маркес прикрыла нижнюю часть лица, после чего взглянула на своего лечащего врача, который отвлёкся на толпу учителей.

1
{"b":"650859","o":1}