ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ну а имя у вас есть?

– Большой Индеец. Это мое имя.

Тана медленно жевала, не сводя с него глаз.

– По документам?

– Да.

– Что ж, у ваших родителей неплохое чувство юмора.

– Я сменил имя.

– А раньше как вас звали?

– Не хочу говорить об этом имени. Оно принадлежало другому человеку. Прежнему мне. Это, – он ткнул в свою внушительную грудь всеми десятью пальцами, – новый я. Большой Индеец.

– Ну ладно. Буду называть вас Большой, или Индеец – как вам больше нравится?

– Все равно. – Он снова встал у плиты, стал складывать в ведро мусор, обрезки, кости. – Хоть как.

Она посмотрела на мусорное ведро.

– Куда это денете?

– На свалку.

– Она огорожена?

– Нет.

– Значит, дикие животные…

– Да, роются в помойке.

– И волки тоже?

Он внезапно повернулся и посмотрел ей в глаза. Во взгляде ощущалось напряжение. Все пространство юрты как будто сжалось. Ложка замерла между миской и ртом Таны.

– Н-да, – медленно и тихо произнес он. – Волки. Медведи. Койоты. Лисы. Хорьки. Орлы. Все эти благородные создания питаются мусором, который выбрасываем мы. Этих четверых волков и так подкармливали. Прошлым летом, когда мы иногда ели на улице, когда мошкары поменьше было, им чуть не с рук объедки давали. А по ночам животные пробирались к палаткам, хотели еще.

– И вы считаете, это те же волки, что напали на биологов? – Тана и думать забыла про еду.

– У-гу.

– Почему вам так кажется?

– По рассказам Тивака. По описанию подходят. К тому же им случалось кусать людей.

Она опустила ложку.

– Когда?

– Где-то неделю назад. Двое ребят Гарри пошли посмотреть на обломки самолета у взлетной полосы, возле свалки. Уже темнело. Волки вышли из-за деревьев и окружили их. Большой черный зверь пошел на одного парня. Тот его пнул, волк порычал, поворчал да и отошел, но тут другие стали подбираться, пытались укусить их, словно проверяли, легкая ли добыча. Ребята отбивались сломанными ветками, кидались камнями. Потом после нескольких стаканов виски решили, что все это забавное приключение. – Он открыл газовый холодильник, вынул кусок красного мяса, плюхнул на доску. Достал нож, кончик направил на Тану. – А волки, может быть, и увязались за несчастными биологами. Начать с того, что они пахли приманкой. И, наверное, животные обошлись с ними как с пилотами разбитого самолета. Только еще суровее.

Тана вспомнила глубокие отметины на телах погибших, напоминавшие следы когтей. Медвежьих? Она не знала.

Он стал отрезать от куска мяса кусок поменьше.

– Больше похоже на тот случай, когда двух девчонок убили. Такое же дерьмо. Опять повторяется.

– Каких девчонок?

Нарезав мясо кубиками, он бросил их в кастрюлю.

– Три или четыре года назад. Сначала дочку полицейского. Загрызли до смерти в долине Росомахи.

– Какого полицейского?

– Эллиота Новака.

Ее пульс участился.

– Волки?

– Может, волки, а может, и медведи. Никто не понял точно. Может, кто-нибудь еще. Но волки и медведи ее объели. Когда подстрелили самку гризли и двух волков, у них в животах нашли куски человеческого мяса. Голову девчонке начисто оторвали.

Тана похолодела. Он стал отрезать еще один кусок мяса.

– А что именно произошло?

– Подробностей не знаю. Никто не знает. Эллиот поехал на рыбалку в выходной, взял с собой дочку, Реган. Было начало ноября. Ночью Реган зачем-то вышла на улицу. Отец нашел тело только утром. Волки рвали его в лесу, чуть выше того места, где стояла палатка. Он ничего не слышал.

В голове Таны всплыли слова Розали. Он по-прежнему здесь, в лесах. Совсем спятил. С белыми копами всегда так. Это место лишает их рассудка.

Господи Иисусе, так вот что с ним случилось? Его дочь сожрали волки?

– Вы сказали, девушек было двое.

– Вторая погибла в прошлом году. Тоже когда снег только выпал – в первую неделю ноября. Дакота Смитерс. Ей было всего четырнадцать. – Он говорил и одновременно нарезал мясо. Тана чувствовала его запах. Отодвинула миску. Аппетит пропал без следа. – Дакота вместе с классом поехала на природу. В школе Твин-Риверса проводятся такие вылазки, чтобы дети не теряли связи со своими корнями. И вот как-то днем Дакота и еще несколько ребят поехали кататься в собачьих упряжках. Она отстала от группы, навис туман. Собаки прибежали без нее. Нашли три дня спустя. Объеденную волками, медведями, еще какими-то хищниками. Но неизвестно, кто именно ее убил.

Тане стало плохо.

– Значит, это не те же волки, которые…

– Нет, я же вам сказал. Тех волков и медведицу, что ели Реган, убили сотрудники из охраны дикой природы. У животных в желудке обнаружили ее ДНК, – он вновь направил на нее окровавленный нож. – Так вот, у Эллиота на этом совсем крыша поехала. Он решил, что кто-то убил его ребенка и бросил в лесу на съедение животным. Принялся убеждать маму Дакоты, Дженни, что ее дочь убил тот же человек. Совершенно с катушек съехал. Искал какое-то чудовище, когда вокруг была только дикая природа. Жена его бросила. Потом он в лес ушел.

– И теперь все еще здесь? – спросила она.

– Угу.

– Вы уверены?

– Ну, мне так сказали.

– Кто?

Он пожал плечами.

– Многие говорят.

– И где же он?

– В нехорошем краю. Никто из города туда не ходит. – Поймав взгляд Таны, он замолчал. У нее возникло странное ощущение, будто он напряженно проталкивает свои мысли ей в голову. Ее поразило нелепое чувство, будто мир деформируется, будто все это место куда-то сдвинулось. В другой мир. Где действуют иные законы физики и логики. Ей нужно было выспаться. Очень.

Дверь внезапно распахнулась, впустив ледяную метель. Тана подпрыгнула.

– Простите за беспокойство, – сказала Макалистер, отряхивая ботинки и закрывая за собой дверь. Несмотря на темноту, она была в солнечных очках. Почувствовав напряжение, спросила тише: – Я чему-то помешала?

Глава 11

Налив себе кофе, Хизер села напротив Таны.

– Что, опять Большой Индеец морочит голову? – спросила она, размешивая сахар и сливки. Сдвинула на лоб очки, продемонстрировав вздувшийся синяк под глазом.

– Плохо провели ночь? – спросила Тана.

– Да уж, думаю, вряд ли хуже вас. Что вам рассказать-то? – Вцепившись в кружку обеими руками, она сделала огромный глоток.

– Что случилось с вашим глазом?

– Такое бывает, когда ужрешься в сопли и не можешь держаться на ногах. – Она пристально посмотрела Тане в глаза, ожидая от полицейского осуждения. Потом улыбнулась. Налитые кровью глаза загорелись – даже в таком состоянии она была красива. – С вами не случалось, констебль, что вы просто хотели отключить мозг? Не делали никаких глупостей?

Вспыхнуло воспоминание, вслед за ним – стыд. Тана отхлебнула кофе и сказала:

– Я так понимаю, сегодня вы меня домой не отвезете.

– Господи, да я в порядке. – Макалистер сделала еще глоток, откинулась на стуле, опять улыбнулась и показалась Тане почти нормальной. – Я хорошо натренирована. Мы рисковые ребята. Нам есть чем заняться долгими зимними вечерами. Отвезу вас домой, как только вы тут закончите с отчетом. Небо ясное. Много времени это не займет. К тому же мне надо вернуться на базу. Я задержалась лишь потому, что вы меня попросили. Так что вы хотите?

Тана вынула из кармана блокнот и ручку, открыла новую страницу.

– Напомните дату и время, когда вы отвезли Селену Аподаку и Раджа Санджита в Твин-Риверс.

Макалистер вновь рассказала, как было дело в пятницу, когда она рано утром забрала обе команды, по какому маршруту летела, как спустилась к лагерю, как заметила у озера волков – в общем, повторила многое из того, о чем уже говорила Тане в ту ночь, когда они встретились. Тана записывала, а Большой Индеец слушал, помешивая варево в горшке.

– Что вы делали после того, как отвезли на место другую команду?

– Полетела назад в Твин-Риверс за строителями ледяной дороги. Гидроребятами. А потом погода испортилась.

16
{"b":"652908","o":1}