ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тогда я поняла: это судьба!

P. S. Свое первое «люблю» мы сказали друг другу добрый месяц спустя… когда это почувствовали… И это было по-настоящему.

Совместная жизнь не обещала быть сладкой. Мы начинали ее без посторонней помощи. При этом мы решили сделать красивую свадьбу, хотя для этого не было никаких предпосылок. Денег не было, муж на тот момент зарабатывал смешные деньги, я была студенткой, стипендию не получала, родители (у нас были только мамы; моя мама к этому времени уже развелась) тоже не могли нас поддержать. Но праздник мы сделали от бедра: заказали самый известный по тем временам ресторан в Вильнюсе, пять «Волг» – четыре черных и одна белая, в которой ехала я, – все это мы делали на одолженные деньги, которые в течение последующих пяти лет возвращали.

Вот поэтому, когда спустя двадцать шесть лет в нашу жизнь пришли серьезные испытания, мне было за что бороться… и было что терять…

Наша первая дочурка умерла. Мне был всего двадцать один.

Моя первая доченька

Мне был всего двадцать один… Вспоминаю и думаю: и как тогда выдержала?

Училась на третьем курсе ВГУ. Экзамены сдала экстерном. Последний, английский, за пару недель до родов.

За день до родов были на речке. Делилась с друзьями тем, что не чувствую шевелений. А мне отвечали: сил набирается…

На утро пошла на эхоскопию. «Четкий ритм, ясное сердцебиение», – сообщила гинеколог. (Уже потом установили, что слушала мою аорту…)

Утром 8 июня муж провел меня до приемной (договорились лечь в больницу под присмотром знакомой). Устроили меня в палату и уже оттуда позвали в кабинет.

Снова эхоскопия. Врач долго водит по животу аппаратом, что-то настойчиво ищет, удивленно возвращается, снова смотрит…

Лежу на спине молча… доверилась… предалась…

Слышу речь по-литовски (врач переговаривается с помощницей. Сама я по-литовски еще не говорю. Ведь живем с мужем-литовцем всего 9 месяцев. Как собака: понять – понимаю, сказать не могу.

В этот момент слышу слова, понимаю значение, но никак не реагирую. Не откликается. Слышите?! Понимать просто отказываюсь. Не актуально.

Тогда врач, что по животу моему аппаратом водил, говорит:

– Вы по-литовски понимаете?

– Лучше по-русски, – говорю.

– Видите ли… Вы не волнуйтесь, но иногда так бывает… Ребенок у вас мертвый…

А дальше все как во сне…

Спрашивают, хочу ли я позвонить мужу? Хочу, конечно! Звоню. Муж – комиссар 6-го отдела по борьбе с наркоманией и организованной преступностью, набираю номер и… Ребенок мертвый…

Плохо помню, что потом… Как ушла, куда повели, что делали… Давали таблетки, лекарства, привели в палату… Самое страшное было – дотрагиваться до живота, – ведь теперь там труп… Мечта умерла… Ребенок, которого носила под сердцем девять месяцев, там же, во мне, но уже не ребенок, а труп… Смешанное состояние невосполнимого горя… отчаяния… жуткого страха…

Рожать завтра, 9 июня 1988 года… Значит вместе еще одну ночь… Хочется уснуть и забыться… Помогает снотворное, которое мне заботливо приносит медперсонал…

Утро 9 июня тоже как во сне… Мало что помню.

Лежу под капельницей. Капают лекарства, вызывающие родовую деятельность. Начинаются схватки. Боль невыносимая. Кричать стыдно. Не кричу, но только стискиваю зубами рубашку на груди. Как в бреду: схватки, боль… отпускает… проваливаюсь в сон… снова схватки… боль… сон… от бессилия… от слабости… от… Идет… ребенок идет… тот, что во мне… мертвый… труп… Выстонать… вытолкнуть… освободиться… – вот мое желание… Врачи подходят в самый последний момент… Четыре разрыва, два надреза… 12:47 – родилась…

– Девочка! – страшно и безапелляционно прозвучал приговор.

– Если бы мальчик, было бы не так обидно, – подумала…

Никогда не будет по-моему… – знаю уже сегодня… Где тонко, там и рвется…

Порвалось и у меня… Ведь о девочке мечтала с детства. С класса седьмого… А мне все нагадывали, что будет два мальчика. Смирилась… приняла…

И вот на столе, там, в левом углу, замотанный в рваную желтую пеленку, труп моей девочки… моей дочери… моего первенца…

Как… как так случилось, что за все 9 месяцев я ни разу не обратилась к ней как к девочке? Ни разу не назвала ее малышкой, девочкой… своей любимой девочкой…

И такое отчаяние меня охватило…

Лежа на столе, истекая кровью, уверенно сказала: «Я все равно рожу девочку!»

– Ненормальная! – сказала медсестра. – Первый раз такую вижу. Обычно все мужей на чем свет клянут, говорят, что ни за что больше рожать не станут, а эта…

И пусть ненормальная…

Рожать буду до тех пор, пока не рожу девочку… И беременела… и теряла… и рожала… 1988… 1989… 1991… 1999… 2000…

Пока, наконец, в 2002-м пришла она, моя девочка… живая и поющая…

Если бы тридцать лет назад ты не ушла, как знать, как сложилась бы моя жизнь сегодня…

Спасибо тебе, доченька, за то, что ты ушла…

21:49. 2018.06.09. Тридцать лет спустя…

Если бы тридцать лет назад ты не ушла…

Если бы тридцать лет назад ты не ушла, как сложилась бы моя жизнь сегодня?

Если бы тридцать лет назад ты не ушла… сегодня мы праздновали бы твои тридцать лет… суетились бы всей семьей, что тебе подарить… как поздравить…

Если бы тридцать лет назад ты не ушла, то сегодня была бы удивительно красивой, юной женщиной… похожей на своих бабушек, меня, папу, своих братьев… возможно, на свою сестру, которая пришла спустя пятнадцать лет после тебя…

А может, ты просто вернулась?

Если бы тридцать лет назад ты не ушла… сегодня у тебя наверняка была бы своя семья: муж, дети… и не один… (ведь я родила тебя в двадцать один).

Если бы тридцать лет назад ты не ушла… у нас с папой были бы внуки… много внуков… девочек и мальчиков… два… три, или больше… (ведь в двадцать четыре я родила уже третьего…)

Если бы тридцать лет назад ты не ушла… я никогда бы не узнала, как это – хоронить детей…

И, знаешь, что еще более важно, так никогда и не узнала бы, как ценно быть мамой живых детей…

Как бесценен опыт их ждать… любить… заботиться о них…

Когда подрастут – видеть в них, как в зеркале, свои плюсы и минусы… видеть в них себя улучшенную… Продолжать жить и работать над собой… чтобы подавать пример… показывать, как надо…

Если бы тридцать лет назад ты не ушла…

Я не знаю, как сложилась бы моя жизнь тогда…

но точно знаю,

что благодарна, что это случилось…

Благодарю за боль потери, что подарила мне истинную радость материнства…

За страдания, что научили любить… принимать… благодарить…

За себя, не стоящую на месте…

За Бога, что искала и нашла…

Спасибо, что ты тогда ушла…

Тридцать лет назад…

10:48. 2018.06.09. Сегодня ровно тридцать лет, как не стало первой дочурки, Алиночки

9 июня…

Вот уже двадцать девять лет у меня есть ЭТОТ ДЕНЬ…

И каждый раз я подхожу к нему по-разному…

Это часть пути. Часть меня. То, что сделало меня мной. То, что привело меня туда, где я есть. Это не за что… Это для чего? И все же, это шрам, который ноет…

Моей первой дочурке посвящается

20 лет спустя… 09.06.2010

Как горько, как больно, как странно…
Боль такая, как все-вчера.
В моем сердце глубокая рана,
Как земельный ров, как река без дна…
Был тот день ни на что не похожий…
Вместо счастья рождения – смерть.
20 лет на твой день рожденья
Мы могилку идем посмотреть.
Не могилку, тебя навещаем,
Хоть в сердцах ты наших всегда.
Каждый раз приходя, понимаем —
Не могла ты остаться тогда…
Не могла ты и не осталась.
Разбудила во мне ты мать.
Умер страх и проснулась в сознании
страсть желаний: «Родить!», «Рожать!»
5 раз довелось испытать мне
Материнства радость и боль.
Не уйди ты тогда, кто знает,
Свою б ли я выбрала роль?
Что есть зло? Что добро? – кто знает?
Есть рожденье, а люди грустят…
А бывает, что смерть забирает,
Чтоб потом дать им то, что хотят.
20 лет не как день, но как вечность…
Вырос первый сын, а за ним – второй.
Третий – Ангел, с Небес спустился,
Твой Герой за тебя – горой!
Ты вернулась в семью, но другую!
Где дом полон детей и любви.
Выбор, доченька, твой принимаю,
Нас ждут жизни счастливые дни!
Наши души навеки – ВМЕСТЕ!
Папа, я, ты, три брата – нас не счесть…
Жизнь проста – счет не прост, – так бывает —
Семь тел, но ДУШ всего шесть!
11
{"b":"655922","o":1}