ЛитМир - Электронная Библиотека

В качестве обложки использована работа Владимира Манюхина, выполненная на заказ для автора книги.

Книга «Иной мир»

Часть первая

Глава 1

Если тебе направили ствол пистолета в лицо, то у тебя проблемы. Если при этом ты находишься ночью в лесу, руки связаны за спиной, ноги спутаны, а вокруг семеро агрессивно настроенных азеров с автоматами Калашникова в руках – проблемы капитальные.

– Ну что, Никитос? – спросил азер с пистолетом, довольно ухмыльнувшись. – Так и будешь героя играть?

Я улыбнулся и попытался вспомнить имя говорящего. Кажется, Амир… или Анар… или Анвар… Помню, что имя начинается на букву А. Отличительная черта именно этого азербайджанца – умение говорить абсолютно без акцента. Точнее, без выраженного кавказского акцента. Рождённый в России, он полностью русифицированный. Так сказать, пакет русификации установлен Сибирской местностью.

– Пошёл ты нахрен, обезьяна, – с улыбкой послал я.

– Ах ты, гинида! – крикнул кто-то за спиной с очень сильным акцентом, и на мою голову обрушилось что-то тяжёлое.

Упав лицом в траву, я застонал от боли. Чернота в глазах закрутилась, а к горлу подступила тошнота. И как я смог дожить до подобного?

Ответы можно найти в недалёком прошлом. Год назад я решил открыть бизнес и занялся поиском денег. Банки-обдиратели не устраивали априори. Решил пойти к сильным города своего, Новосибирска. Серьёзный дядя, по крайней мере таким он поначалу мне казался, одолжил нужную сумму. Каких-то десять миллионов рублей. Всё бы ничего, но деньги мне достались наличными, а по дороге домой я был благополучно избит и ограблен. Связать совпадения воедино несложно: руки, забравшие деньги, выросли из того же места, откуда те самые деньги и пришли. Проще говоря, из меня сделали лоха.

Один из азеров поднял меня и снова поставил на колени. В глаза ударил свет фонаря. Перед лицом возникли бумаги.

– Подпиши, – ласково попросил азер Анар… или всё-таки Анвар?

– Да пошёл ты, головёшка! – воскликнул я, при этом постаравшись выглядеть предельно счастливым.

– Зиначит, ми будьим ломати тибя, – сказал другой азер, и на меня уставилась бородатая огромная рожа.

– Ломалка не выросла, – успел сказать я, а затем грохнул выстрел, и голова бородача лопнула, как перегревшаяся на солнце зажигалка.

Мне повезло относительно. Стрелок, целившийся в голову бородача, стрелял откуда-то сбоку, и содержимое головы прошло по касательной траектории, немного запачкав меня. Прежде чем оставшиеся шестеро азеров поняли, что произошло, раздались еще выстрелы. По звуку помпа и что-то нарезное. АКМ или его гражданский аналог. В несколько секунд мои обидчики сменили вертикальное существование на горизонтальное несуществование, и наступила тишина.

Чувствуя запах крови и присутствие смерти, я не сдержался и опустошил и без того пустой желудок.

– Живой и здоровый, только блюёт, – сказал грубый голос. Таким голосом обладают мужчины в годах. Молодые так не говорят.

– Это хорошо, что живой, – долетел более мягкий голосок из темноты, сильно похожий на мальчишеский. – Впрочем, я не сомневалась, что ты не промахнёшься. Лихо ты бородатенькому череп взорвал, Старый.

Не мальчишка, а девушка. Пацанка! И, судя по всему, агрессивная пацанка!

Возле меня встали двое. Фонарь, которым недавно светили в лицо, и который теперь лежит в траве всё еще включенный, осветил ноги. Пара массивных, в армейских ботинках. И пара тонких, в удобных кроссовочках.

Лезвие ножа скользнуло между рук, освободив их, а затем разрезало спутывающую ноги веревку. С трудом сев и забалдев от закружившейся в глазах карусели, я пробормотал:

– Спасибо, что помогли, но это было лишним. Ситуацию я контролировал…

– Он ещё и шутит, – посмеялась девушка. – Старый, похоже, весёленький нам клиент попался.

До меня начало доходить произошедшее. Сдержав очередной позыв тошноты, я сказал:

– Вы семь человек уложили… Совсем из ума выжили?

Мужик схватил меня под мышки и поставил на ноги. Девушка взяла под локоть и повела в сторону трассы, при этом сказав:

– Сейчас ты сядешь в машину и поедешь по адресу, который я тебе дам. Меня зовут Маша. Просто Маша. Всё, что нужно, ты узнаешь позже. Главное, не выкидывай фокусов. В твоём положении нужно быть тише воды и ниже травы.

– Да кто ты такая? – рыкнул я и вырвался. В темноте оказалось невозможным разглядеть лицо девушки.

– Твоя спасительница, – ответила она.

– Понятно, что не убийца, – сказал я. – Но зачем? Зачем вы меня спасали? Разве я просил?

– Маша, веди его к машине, – прилетел голос Старого. – Нам ещё убираться тут, не забывай…

– Слышал? – спросила Маша. – Решай! Либо уезжаешь, либо с нами убираться будешь. Головушка не болит?

Я потрогал здоровенную шишку на затылке и поморщился. Чугунок не просто болит, а раскалывается. Копать могилы, если под уборкой подразумевается захоронение трупов, я сейчас не способен.

Маша снова взяла меня под локоть и сказала:

– Пошли уже, герой…

Я сел за руль потрёпанной Мазды и поехал в сторону города. Своё лицо Маша так и не показала. Навигатор, вставленный в держатель на лобовом стекле, выдал маршрут к заранее забитой в памяти квартире. Окраина Новосиба, бедовый район, ехать не более часа…

***

Вставив ключ в замочную скважину, я открыл дверь и вошёл в темноту унылой однокомнатной хрущёвки. То, что она унылая, понял, побывав в подъезде, ожидающем не один десяток лет капитального ремонта. Огромные куски штукатурки валяются повсюду. Везде лежат бутылки из-под пива, шприцы, полиэтиленовые пакеты, пустые пачки из-под сигарет и прочий мусор. В общем, хрен пройдёшь. Тут что, совсем не убираются?

Щёлкнув выключателем, оценил интерьер прихожей-коридора. Пустая тумбочка для обуви. Деревянная облупившаяся белая вешалка, висящая на стене. Желтые, ещё советские, обои, местами сильно отклеившиеся. Лампочка на потолке, еле справляющаяся с освещением.

Единственная комната также не радует. Диван без ножек держит форму благодаря тому, что прижат к стене. Облупившийся шкаф минимум вдвое старше меня. Стол накрыт коричневой пыльной скатертью. На кухне ситуация повторяется. В санузел заглядывать не стал.

На кухонном столе нашлась бутылка минералки, несколько таблеток и записка: «Выпей, полегчает. Травить тебя мы не собираемся». Я послушно выпил таблетки и опустошил литровую бутылку нарзана. В шкафу нашлась подушка. Устроившись на диване и подложив её под голову, попытался успокоиться и незаметно для себя уснул. Похоже, что одна из таблеток оказалась снотворным…

***

Открыв глаза, я понял, что на меня смотрят трое. Недавние знакомые – мощный мужик в камуфляжном костюме, возрастом за пятьдесят, с рублеными чертами лица, и довольно симпатичная девушка Маша, одетая в спортивный костюмчик. Третий – дядя под сорок, с незапоминающимся славянским лицом, в тёмно-синем костюме, белой рубашке и красном галстуке.

– Не звал я вас… – буркнул я и отвернулся к спинке дивана.

– Давай вставай, – грозно потребовал Старый. – Или помочь?

– Никита, думаю, что ты голоден, – не сказала, а ласково пропела Маша. – Я приготовила вкусный завтрак.

С трудом сев, я посмотрел на троицу: Старый немного зол, Маша улыбается, мужику в костюме ситуация безразлична.

– Пойду умоюсь, – решил я и побрёл в ванную комнату.

Мыться пришлось в темноте, потому что перегорела лампочка. Купить мыло никто не удосужился. О том, чтобы почистить зубы, можно и не мечтать. Поработав указательным пальцем во рту и умывшись, я посчитал, что этого будет достаточно.

Мне дали спокойно позавтракать яичницей с чаем. Впрочем, судя по времени, завтраком действие не являлось. Скорее обедом или полдником. Поспал я хорошо, и время подходит к четырём. Помнится, в квартиру попал в полтретьего ночи.

– Всё, что ты услышишь, Никита, может показаться тебе абсурдным, – первой заговорила Маша. – Пойми главное: мы привычны к подобной реакции. Не ты первый, не ты последний.

1
{"b":"662035","o":1}