ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Хотя я был сторонним наблюдателем, меня очень тронуло, как нежно ответила группа на этот призыв. Во всей аудитории стали образовываться маленькие группы, чтобы пообсуждать, послушать, помолиться. К тому времени, как они пришли к согласию, я имел возможность в высшей степени оценить то, каким образом христиане должны поддерживать „единство духа в союзе мира" (Еф. 4:3). Подобные проявления группового водительства сегодня являются одними из самых здоровых признаков духовной жизнеспособности.

Духовный руководитель

В средние века даже самые великие святые не рисковали отправляться в глубины внутреннего духовного путешествия без помощи духовного руководителя. Сегодня это едва ли кто понимает, не говоря уж о практике, разве только в римской католической монастырской системе. Это трагедия, потому что идея духовного руководителя в высшей степени приложима к современности. Это прекрасное выражение Божественного водительства с помощью наших братьев и сестер.

Духовное руководство имеет исключительную историю. Многие из первых духовных руководителей были отцами-пустынниками и пользовались особенным уважением за их способность „различать духов". Люди часто совершали далекие путешествия в пустыню просто для того, чтобы услышать краткое слово совета, „слово спасения", в котором были выражены воля Божия и суд Божий для них в их конкретных обстоятельствах. „Высказывания отцов" – это красноречивое свидетельство простоты и глубины этого духовного руководства. А также многие цистерианцы в Англии XII века отличались своей способностью понимать души („читать их") и руководить ими.

Какова цель духовного руководителя? Бенедиктинский мистик XVII века Дом Августин Бейкер пишет: „Короче говоря, он является только Божьим придверником и должен вести души Божьим путем, а не своим собственным"[4]. Его руководство – это просто и ясно вести нас к нашему настоящему Руководителю. Он является Божьим средством, чтобы открыть путь внутреннему учению Святого Духа.

Его деятельность является чисто харизматической. Он ведет души только силой своей личной святости. Он не является кем-то высшим по положению или назначенным церковью. Его отношения с людьми – это отношения советника к другу. Хотя руководитель продвинулся дальше во внутренние глубины, оба они учатся и возрастают в духовной области.

Все эти разговоры о „душе" и „духе" могут внушить мысль, будто это духовное руководство имеет дело только с каким-то уголком нашей жизни. То есть мы идем к духовному руководителю так, как мы пошли бы к глазному врачу: тот заботится о нашей душе, а этот – о глазах. Это ошибочный взгляд. Духовное руководство озабочено всей личностью и всеми ее жизненными связями. Томас Мэртон рассказывает о русском духовнике, которого осуждали за то, что он столько времени тратил на старую крестьянку, горячо советуя ей, как должно заботиться о своих индюшках. Но тот отвечал: „Что вы! Вся ее жизнь – в этих индюшках"[5]. Духовное руководство начинается с конкретных ежедневных переживаний и придает им священное значение. Мы учимся „таинству каждого данного момента", как выразил это Жан-Пьер де Кусад[6]. „Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию" (1 Кор. 10:31).

Духовное руководство возникает прежде всего из естественных человеческих отношений. Иерархическая или даже организационная система совершенно не важна для него и часто даже разрушительна. Обычные формы заботы друг о друге, желание поделиться, что-то обсудить естественны для христианской общины и являются начальной точкой духовного руководства. Именно отсюда течет „власть Царствия" через взаимное подчинение и служение.

Духовный руководитель должен быть человеком с развитым чувством принятия себя самого. То есть истинная зрелость должна преобладать во всей жизни такого человека. На таких людей не действуют изменения окружающей обстановки. Они могут принять в себя эгоизм и посредственность, царящие вокруг них, и их преобразить. Они не склонны судить других, но также не склонны и колебаться. У них должны быть сострадание и полная посвященность Богу. Как апостол Павел, который думал о Тимофее как „возлюбленном сыне", они должны быть готовы брать на себя родительскую ответственность. Их любовь должна быть суровой любовью, которая отказывается одобрять каждую прихоть. Они также должны иметь некоторые познания по психологии, чтобы не укрепить случайно бессознательную и детскую потребность в авторитарности.

Духовные руководители должны сами пребывать во внутреннем духовном путешествии и быть готовыми поделиться своими собственными борьбой и сомнениями. Должно быть ясное сознание того, что они вместе учатся у Иисуса, вечно присутствующего Учителя.

Как возникают подобные отношения? Как и во всем другом в Царствии Божием, все устраивается молитвой. Принося свою нужду и полагая ее перед Богом, мы терпеливо ждем, когда проявится Его путь. Если Он пригласит нас поговорить с кем-то или договориться о встрече, мы с радостью повинуемся. Эти отношения могут быть формальными, как в некоторых монашеских орденах, но это совсем не обязательно. Если у нас есть смирение, чтобы верить в то, что мы можем научиться у наших братьев и сестер, а также есть понимание, что некоторые из нас больше продвинулись по направлению к Божественному центру, чем другие, тогда мы ясно увидим необходимость в духовном водительстве. Как говорит Верджил Вогт из „Братства Реба", „если вы не можете слушать своего брата, вы не можете слушать и Духа Святого"[7].

Также полезно понять, что есть много форм духовного руководства. Проповедь – это форма духовного руководства, точно так же, как и работа с малыми группами. Джон Веслей организовал „классные собрания" и „группы" как формы духовного руководства. Сама Библия действует как духовное руководство, потому что, когда мы ее молитвенно читаем, мы более и более уподобляемся образу Христа.

Размышляя о ценности этого служения в течение многих веков христианства, Томас Мэртон говорит, что духовный руководитель был чем-то вроде „духовного отца, который „зачинал" совершенную жизнь в душе своего ученика прежде всего своими наставлениями, но также и своей молитвой, своей святостью, своим примером. Он был… некоторым „таинством" Господнего присутствия в церковной общине"[8].

Пределы группового руководства

Как мы все знаем, в групповом руководстве существуют опасности, так же как и в индивидуальном. Возможно, самой угрожающей является попытка руководителей манипулировать собранием и контролировать его. Если групповое руководство осуществляется не в духе всепроникающей благодати, оно превращается в успешный способ выправления всяких отклонений в поведении верующего. Оно становится своего рода магической формулой, через которую руководители могут проводить свою волю через отдельных людей, становится также системой, с помощью которой все различающиеся мнения могут быть сведены к одному общему.

Такие извращения удушают свежую духовную жизнеспособность. Пророк Исайя говорит нам, что грядущий в мир Мессия „трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит" (Ис. 42:3; Мф. 12:20). Сокрушать слабого человека или гасить малейшую надежду – это не путь Иисуса. Нежное отношение к каждой конкретной ситуации укрепляет наши свободы.

Однажды Джордж Фокс имел спор с Натанаэлом Стефенсом и победил его совершенно. Потрясенный Стефенс заявил: „Джордж Фоке пришел в солнечном свете и хочет угасить мой звездный свет". Фоке пишет: „Но я сказал: „Натанаэл, дай мне свою руку", и потом я сказал, что не хотел бы угасить ни в ком ни малейшего света Божия, и тем более свет его звезды".

43
{"b":"86227","o":1}