ЛитМир - Электронная Библиотека

Игорь Подгурский, Дмитрий Романтовский

ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА РЕАЛЬНОСТИ

ПОСВЯЩАЕТСЯ СУВОРОВЦАМ И КАДЕТАМ ВСЕХ ВРЕМЕН И НАРОДОВ

СПИСОК

личного состава отряда коррекции реальности Комитета Глобальной Безопасности Демократической Империи Руси

Владимиров Дмитрий Евгеньевич– командир отряда, подполковник

Маннергейм Карл Густавович – начальник штаба, барон

Фурманов Дмитрий Андреевич – комиссар отряда

Киже Евлампий Кажиевич – генерал-майор, заместитель по виртуальности

Скуратов Малюта Лукьянович – начальник отдела контрразведки, опричник

Дзержинский Феликс Эдмундович – внештатный консультант отдела контрразведки

Батырбек Батыр Бекович – командующий военно-морскими силами, старший батыр, бек

Кузнецов Николай Иванович – врио начальника отдела спецопераций, обер-лейтенант

Задов Лев Николаевич – сотрудник отдела спецопераций

Сусанин Иван Иванович – сотрудник отдела спецопераций

Нестеров Петр Николаевич – начальник отдела воздухоплавания, штабс-капитан

Дуров Леонид Владимирович – начальник отдела зооподдержки, директор зверинца

Щирый Хохел Остапович – начальник отдела тылового обеспечения, прапорщик

Новогородский Садко Акимович – сотрудник отдела тылового обеспечения

Ермак Ерофей Павлович – переговорщик отряда

Шаманов Латын Игаркович – отрядный священник, религиовед

Муромский Илья Тимофеевич – начальник отрядной заставы, старший богатырь

Дранников Добрыня Никитич – богатырь

Попович Алексей Вакулович – младший богатырь

Филиппов Петр Трофимович – стажер

Вендт Отто Фридрихович – командир подводной лодки «U-1277», вместе с экипажем временно прикомандированный в распоряжение командира отряда, капитан-лейтенант

Глава 1

ДВА КАПИТАНА

Подводная лодка бесшумно кралась в глубине. Она плавно парила на коротких крыльях носовых и кормовых рулей над океанской бездной. Вымытые течениями склоны подводных гор неровными каменными ступенями спускались ко дну. Внизу, на мягкой перине ила, лежали, врастая в дно, останки древних и не очень кораблей. Изъеденная морскими червями корма древнеримской галеры покоилась рядом с бушпритом испанской каравеллы времен Колумба и Магеллана. Палубный самолет-торпедоносец почти вертикально воткнулся в дно, растопырив в стороны изломанные крылья, словно пытаясь укрыть от времени полусгнившую ладью и останки минного тральщика. На плоскостях, покрытых черными наростами мидий, висели две невзорвавшиеся торпеды. За мутным стеклом блистера кабины весело скалились черепами скелеты, одетые в лохмотья летных комбинезонов. Казалось, летчики никак не могут сообразить, как они здесь оказались.

Подводное кладбище проплывало под килем субмарины, пересекавшей последнюю пристань мертвых кораблей.

Моряки столетия промеряли этот капризный участок океана, наносили на карты найденные скалы. Но морские лоции пестрят названиями кораблей, давших свои имена банкам и рифам, которые они открыли своими бортами в тех местах, где промер не обнаруживал никакого повышения дна. Здесь под водой поднимались со дна огромные конические скалы, и по скатам их скользил грузик лота, которым промеряли глубину.

Подводная лодка маневрировала, управляемая «шестым» чувством штурмана, угадывающего проход между встающими по курсу скалами или появление подводной горы. Плавание в таких условиях напоминало слепой полет. Оно велось только по приборам да по особому чутью морского волка, колдующего над картами в командном отсеке субмарины. Точность требовалась предельная. Малейшая ошибка в расчетах могла навести подлодку на камни. В лучшем случае это могло сорвать операцию, в худшем – стальной корпус стал бы братской могилой не только для экипажа, но и для всех десантников, еле-еле разместившихся среди тесных переборок.

Напротив подводной горы Морской Конь, обводами напоминающей лошадь с пышной гривой, подлодка застопорила ход. Она, словно принюхиваясь, повела носом, поворачиваясь в толще воды из стороны в сторону. Потом субмарина повернула на восток, двигаясь все более сложным и запутанным курсом, изобилующим еще более резкими поворотами и зигзагами. Ювелирное искусство штурмана вело подлодку в сторону острова Аркаим – месту постоянной дислокации специального отряда коррекции реальностей…

В свое время субмарина была потоплена 20 февраля 1945 года в Северной Атлантике британским сторожевиком «Аметист» и пошла ко дну со всем экипажем, включая капитан-лейтенанта Отто Вендта. Под водой нельзя было увидеть размытые камуфлированные разводы краски на корпусе лодки и бортовой номер «U-1277». Но это была, несомненно, она.

Стальной монстр мчал на себе длинный ствол орудия, самонаводящиеся акустические торпеды – всю возможную военную мощь, расчетливо и органично вписанную в организм дизелей и приборов.

Идеальные обводы ее корпуса вспарывали толщу воды, подтверждая ту скорость, с которой мчалась в океане эта воплощенная в металле жестокая воля к победе. Краса и гордость сгинувшего в прошлом Тысячелетнего рейха, подлодка нацелилась на остров и больше не сворачивала с курса.

Погибший экипаж нес службу на постах согласно боевому расписанию. Субмарина, специально подготовленная для плавания в океане, должна была высадить штурмовую группу на побережье. Задача: уничтожить весь личный состав специального отряда Звездной Руси, его базу на острове по соседству с Лукоморьем и захватить штабные документы. Капитан подлодки никогда бы не согласился на эту авантюру, но выбор у него был небольшой: или обратно на дно, где их потопили, или принять на борт экзотический десант – и в путь. Однажды волею судьбы «U-1277» уже была вынуждена временно исчезнуть из надводного, а заодно и подводного мира нулевой реальности Земли на некоторый неназываемый, но весьма длительный срок. Навсегда.

Капитан-лейтенант скрепя сердце подчинился. Возвращаться в темноту морской пучины не хотелось. Там тихо, очень тихо, но совсем нет солнца. Экипаж не понял бы своего командира. Да и Отто был в ответе за подчиненных. Считай, почти два столетия вместе. Безумное предприятие – почти через весь океан в тесном масляном чреве подлодки, где температура не опускалась ниже сорока градусов по Цельсию, в подводном положении выйти точно к крошечному острову в строго определенный день и час – это безумное предприятие подходило к концу.

Последние сутки похода в лодке не спала только дежурная вахта.

Чтобы отвлечься, Отто пошел по отсекам. Парадокс времени: на субмарине минуты тянутся как вечность, а сутки пролетают секундами.

Вендт шел медленно и осторожно, стараясь ни за что не зацепиться чистой форменной тужуркой. Он двигался между спящих тел, поправляя руки и ноги, свесившиеся с коек. Торпедный отсек – самое большое помещение лодки. Здесь спали на запасных стеллажных торпедах три богатыря. Бойцы десанта были напрочь лишены сантиментов. Их не тревожили несколько десятков метров водной толщи над головой.

Витязи спали беспробудным сном, не сняв кольчуг. Сапоги их попросили тоже не снимать – кислорода и так на всех не хватало. Шлемы, составленные остроносой пирамидкой, стояли в углу у переборки вместе с мечами и луками с колчанами, под завязку набитыми стрелами. Сладко спящая в обнимку с цилиндрическими телами торпед троица была основной ударной силой десанта. На них была главная ставка.

Капитан остановился у спящих богатырей и заботливо подсунул под голову Илье Муромцу свернутый красный пробковый спасательный жилет. Добрыня невнятно пробормотал что-то во сне, заворочался, пристраиваясь поудобнее на обтекаемой торпеде. Остальные спали молча и неподвижно. В начале похода то один, то другой со страшным грохотом и руганью соскальзывали на железный пол, но теперь приноровились. А экипаж перестал пугаться, каждый раз прощаясь с жизнью, принимая грохот за удар о риф.

1
{"b":"88954","o":1}