ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

15

Здание телестудии «Альгамбра». 4 часа дня. Четверг, 6 января.

Вместе со мной на «Альгамбру» поехала Делиз, но я прихватил еще и пистолет; я уже достиг той стадии, когда готов был пустить его в ход при первом же проявлении враждебности. Ощущая под мышкой его тяжесть, я чувствовал себя намного увереннее.

Пултер, вероятно, получил приказ вести себя прилично. Он улыбнулся мне из-за своей стойки так, будто в последний раз мы с ним виделись на рождественском ужине. Может быть, для таких, как он, избить человека до полусмерти – это просто способ познакомиться поближе? Я подошел прямо к нему и наклонился так, что наши лица почти соприкоснулись, однако его самодовольная улыбка не исчезла. Вероятно, он полагал, что такое самообладание демонстрирует его силу.

Я выхватил пистолет и ткнул дулом ему в живот. Оружие стояло на предохранителе, но он этого не знал. Его зрачки расширились, однако он не пошевелился и продолжал смотреть на меня все с той же ухмылкой. Я нажал сильнее.

– Дейв, тебя увидят! – встревоженно прошептала Делиз. – Убери пистолет!

– Какой ты смелый с пушкой в лапе, Кьюнан! – тихо проговорил Пултер, не разжимая зубов.

Его челюсть, словно вылитая из стали, выдавалась вперед. Он был неробкого десятка, но допустил ошибку, напомнив мне, что в нашу последнюю встречу я Не воспользовался оружием. Вероятно, сумасшедший блеск в моих глазах напугал его больше, чем пистолет, потому что он все-таки дернулся назад, отодвинув стул. Лоб его покрылся испариной.

– Не дури. Я остановил своих парней, пока они не вошли в раж. Ты сам виноват.

– Ах, вот оно что! Ты натравливаешь на меня свою свору – а я сам виноват! – Я убрал пистолет под плащ. – Отведи нас к Тревозу.

Мы двинулись, я держал пистолет приставленным к его спине.

– Ты можешь делать что угодно, но своих показаний о том, когда ты вышел, я больше менять не буду, – произнес он, когда мы вошли в лифт. – Я сказал полиции, что ты ушел в пять сорок, но они показали мне книгу регистрации, и там моим почерком было написано четыре сорок пять. Чисто и аккуратно. А потом сказали, что предъявят Обвинение в запутывании следствия и содействии преступникам, так что мне ничего не оставалось, как согласиться.

Мы прошли по коридору, и он постучал в овальную дверь кабинета Тревоза. Над выгнутой притолокой зажглась лампочка, и мы вошли.

– Что происходит? – Тревоз встал из-за своего огромного дубового директорского стола. Я продолжал толкать Пултера вперед. Растерянно моргая, Тревоз окинул взглядом свои игрушки, как будто ища помощи у сотового телефона или ноутбука.

– Для начала можете сообщить Пултеру, что он уволен, – сказал я.

– Я не знаю, зачем вам это нужно, но если вы настаиваете… – Тревоз смотрел на пистолет. Он несомненно принимал меня за маньяка. – Уходите, Пултер. Считайте, что вы предупреждены.

Это было не совсем увольнение, но гораздо больше, чем я ожидал – и чем ожидал Пултер. Он начал ругаться сквозь зубы, но я помахал пистолетом у него перед носом, и он убрался.

Я с облегчением вздохнул и убрал оружие.

– Я наслышан о ваших методах работы, мистер Кьюнан. Пожалуй, у вас действительно есть собственный почерк, – примирительно проговорил Тревоз. – Можно предложить вам и вашей спутнице выпить? Нет? А я, если не возражаете, немного выпью.

Он налил себе изрядную порцию бренди, подвел нас к массивным кожаным креслам в углу и подал мне сигару. Я убрал ее в карман пиджака.

– Если не возражаете, мистер Тревоз, я отложу это на потом. Моя помощница, мисс Делани, не переносит дыма.

– Господи, мистер Кьюнан, вы совершенно непредсказуемый человек! Сначала вы врываетесь и требуете, чтобы я уволил начальника моей охраны, а потом спрашиваете разрешения не курить! Делайте что вам угодно, я, вероятно, все равно долго тут не останусь, – мрачно закончил он.

– У вас неважное настроение, – с удовольствием констатировал я.

– Да, мы надеялись, что вливание некоторых средств поможет нам уладить отношения с кредиторами, но что-то сорвалось. Я каждую минуту ожидаю появления судебных приставов.

Без всякого сочувствия я наблюдал, как Тревоз вытирает лоб носовым платком.

– Зачем вы нас пригласили? – спросила Делиз.

– На самом деле мне посоветовал связаться с вами Джейк Гордон. Вероятно, я должен перед вами извиниться. Естественно, я очень рад, что вы нашли доказательства, которые опровергают обвинение, предъявленное нашим служащим. Вы полагаете, Саймон Риштон может скоро выйти на свободу? Вы ведь навещали его? Как он себя чувствует?

– Саймона посещала я, – каменным голосом произнесла Делиз. – Он чувствует себя очень хорошо, но то, о чем мы говорили, строго конфиденциально.

Тревоз с большим трудом изображал радость по поводу неминуемого освобождения Риштона.

– Надеюсь, если я наберу достаточно материала, доказывающего отсутствие состава преступления, судья признает версию обвинения несостоятельной.

– Если бы я удовлетворил просьбу Риштона, перед Рождеством, его могло вообще не быть в Манчестере.

– Простите?

– Он собирался поехать в Бирмингем на переговоры о слиянии с «Сердцем Англии». Он очень этого хотел, но я решил, что упускать предложение Джейка Гордона нельзя. – Тревоз сделал большой глоток бренди. Он, очевидно, стремился с моей помощью восстановить свою репутацию в глазах Риштона. Колесо Фортуны, управляющее вечной борьбой за власть на «Альгамбре», поворачивалось в сторону последнего.

– Я полагаю, мистеру Риштону очень интересно будет услышать то, что вы говорили о нем на прошлой неделе, – мягко сказал я.

– Я никогда не считал его виновным. – Адамово яблоко Тревоза подпрыгивало и опускалось. – Как руководитель «Альгамбра-ТВ» я просто считал своим долгом, дистанцироваться от следствия. – Он смотрел мне в глаза без тени смущения. – И потом, мы выполнили вашу просьбу и предоставили ему адвоката. Я надеюсь, вы передадите Саймону и Кэт, что нам их очень не хватает и мы с нетерпением ждем их возвращения.

Разворот на сто восемьдесят градусов Тревоз совершил абсолютно спокойно. Джейк Гордон говорил мне, что ему пришлось надавить на Тревоза, чтобы тот согласился нанять адвоката Риштону. Следовательно, один из них лгал.

83
{"b":"90589","o":1}