ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Привет, — сказал я и пожал тонкую сухую кисть адвоката. — Что это у вас здесь творится?

— Тихий ужас, — со сдержанным отчаянием сообщил Генрих. — Совершенно невозможно работать. Сбивают с мыслей.

Он вздохнул, вытащил из кармана расческу и стал приводить в порядок волосы. Хотя его прическа и так была идеальна.

Я осмотрелся: действительно, сумасшедший дом, столпотворение и конец света одновременно. Кроме Генриха, в «предбаннике» присутствовали еще человек семь разновозрастных мужчин. Они сидели на диванчике и стояли вдоль стены, явно чего-то ожидая. Это становилось забавным.

Я двинулся к дверям Максова кабинета и едва взялся за ручку, как вся эта пестрая компания зашипела на меня как клубок ядовитых змей:

— В порядке очереди!

— Мы тоже стоим!

— Там занято!

Я отступил назад и ошарашенно посмотрел на Генриха. Тот скорбно пожал плечами. Я ткнул пальцем в крикливую компанию у дивана и хотел спросить: «Кто это такие?!», но у меня будто спазмом сдавило горло. Адвокат тем не менее понял мой немой вопрос.

— Это соискатели, — пояснил он, сдувая с расчески седые волоски. — На вакантные места. Разве вы не в курсе, Костя?

— Так, — хрипло проговорил я, хмуро посмотрел на мужчин и снова взялся за дверную ручку. — Я заместитель директора агентства. Вопросы имеются?

Вопросов не было, и я шагнул в кабинет. Самое забавное, что я действительно был заместителем директора агентства. При таком маленьком штате, как у нас, каждому досталось по административной, пусть и формальной, должности. Я был заместителем директора, Генрих — руководителем юридической службы (то есть он руководил сам собой). Бухгалтер Надя, появлявшаяся у нас раз в месяц, поскольку сотрудничала еще в трех конторах, числилась коммерческим директором. Олег проходил по документам как начальник отдела кадров и заведующий снабжением.

— Здравствуйте, господин директор, — заявил я с порога. Макс вздохнул и оборвал свою беседу с рослым бритоголовым мужиком в джинсовой рубахе навыпуск. Я успел только услышать, как Макс помянул испытательный срок, ответственность и «не все сразу».

— Подождите пока в коридоре, — сказал Макс соискателю, и тот покорно скрылся за дверью.

— Это что там за цирк? — поинтересовался я. — С каких пор у нас открылись вакансии?

— Со вчерашнего дня, — мрачно сообщил Макс. — Я больше не могу так работать.

— Как «так»? Что еще случилось?

— Достаточно того, что тебя загребли в ментовку и шьют тебе ограбление и тройное убийство! — Макс медленно закипал.

— Шьют не мне, а Сидорову, — уточнил я.

— Это до поры до времени, — обнадежил Макс. — А вот как не найдут Сидорова, так повесят всех собак на тебя.

— Это моя проблема, — скорбно заметил я.

— Ошибаешься. — Макс замахал перед моим носом длинным указательным пальцем. Я дунул на него. Макс на мгновение ошарашенно замер, но палец убрал. — Это уже и моя проблема, — сказал он более спокойным голосом. — Все, кому нужно, уже знают: в ограблении «Европы-Инвест» замешан сотрудник охранного агентства «Статус». Вот так. Мне вчера вечером телефон оборвали. Из мэрии звонили. Из налоговой инспекции. Из милиции. Короче говоря, на следующей неделе у меня здесь будет три комиссии с проверкой. Три, въезжаешь?!

Слово «комиссия» с некоторых пор вызывало у меня особые ассоциации. Например, вспоминались женщины в кожаных куртках с пистолетами в руках.

— Я не удивлюсь, если завтра меня попросят освободить помещение, — продолжал жаловаться Макс.

— Ну, бывает, — сказал я и сам почувствовал, что это не слишком утешило Макса.

— Бывает, — повторил он. — Ну-ну. Конечно. Только не слишком ли часто?!

— Проясни мне эту очередь за дверью, — смиренно попросил я, чтобы отвлечь Макса от грустных мыслей. Маневр не удался.

— А что тут объяснять? Нечего тут объяснять! — Макс вылез из-за стола и встал лицом к окну. Я понял, что он собирается сказать мне что-то не слишком приятное. — Вчера приходил солидный клиент. Я ему пообещал человека, который займется его женой...

— Ах это...

— Да, это! — Макс не выдержал и обернулся, чтобы взглянуть в мои бесстыжие глаза. Не увидев там раскаяния, он снова уставился в окно. — И я как дурак должен был ему объяснять, почему я ему отказываю.

— Так ты ему отказал?

— Он еще спрашивает! А кто с ним работал бы? Ты поехал домой отсыпаться, под предлогом, что у тебя была тяжелая ночь. Ха! А у меня был тяжелый день!

— А Олег?

— Этот кретин сломал ногу! Он ездил в воскресенье на рыбалку, а когда вернулся домой, то поскользнулся, упал и сломал ногу! Представляешь?! Мне не с кем было работать! И поэтому я... Короче, я дал объявление. На телевидение. В газеты. О наборе сотрудников. Вчера после обеда всех обзвонил, и вот результат...

— Быстро к тебе народ набежал, — уважительно произнес я. — А уж завтра, наверное, целая толпа соберется...

— Я очень надеюсь, что из этой толпы наберется пять человек нормальных мужиков, которые будут работать! А не влипать то и дело в сомнительные истории! И не ломать ноги в самые неподходящие дни!

— Минутку. — Я стал понимать, к чему идет дело, но все еще не мог поверить. — Ты что, уволил меня?

Макс молча смотрел в окно.

— Нет, я понимаю... Я все понимаю.

Это было какое-то странное чувство. Я знал, что рано или поздно это должно было случиться. Быть может, окажись я на месте Макса, я действовал бы решительнее и избавился бы от такого сотрудника еще полгода назад. Я знал, что Макс прав. И в то же время... Снова будто спазм сдавил мне голосовые связки. Я не мог произнести ни слова, и слава богу. Неизвестно, что я сказал бы Максу. Я просто сидел и молчал.

Макс нарушил тишину первым.

— Я тебя не увольнял. Пока я просто оформил тебя в отпуск на месяц. А потом... Я не знаю, что будет потом. А ты знаешь? Ты хоть мне можешь сказать начистоту, что у вас там с Сидоровым вышло? А?

Я не отвечал, и Макс обернулся.

— Что молчишь? А это еще что за бумажка? Что это ты написал?

Я оставил заявление об уходе на столе и сделал то единственное, что вытекало из содержания этого документа.

Я ушел.

Глава 7

Потом, несколько часов спустя, когда я уже мог сказать про себя: «Опомнился», было даже удивительно, насколько меня выбило из колеи произошедшее в нашем (а теперь уже не нашем, а исключительно Макса) офисе.

Я забыл про слежку. Точнее — просто не обращал внимания на назойливое присутствие белого «жигуленка».

Я едва не врезался на первом же перекрестке в фургон с надписью «Мясо».

Я купил в киоске две бутылки дешевого красного вина и начал пить тут же, на дороге, из горлышка. Сделав несколько жадных глотков, я на остатках здравого смысла и координации движений заставил свою машину проползти последние полкилометра до подъезда. Когда цель была достигнута, я отметил это радостное событие, прикончив первую бутылку.

И отправил ее покоиться на дно урны.

Подхватив вторую бутылку под мышку, я вошел в подъезд. Когда открылись двери лифта, я отступил в сторону, пропуская вперед упитанную даму с полными сумками. Но та, всмотревшись и внюхавшись в меня, испуганно замотала головой, прижалась к стене и едва слышно предложила:

— Поезжайте сами, я потом...

Я не стал уговаривать. Полагаю, это могло напугать ее еще больше.

А поскольку я оказался в кабине лифта без лишних свидетелей, то бесцеремонно содрал обертку с горлышка бутылки, продавил большим пальцем пробку внутрь и припал к источнику положительных эмоций.

Эти пол-литра пошли гораздо труднее, чем первые. Когда я вышел из лифта на своем этаже, в бутылке еще что-то плескалось. Я осторожно поставил ее на пол и отпер дверь.

Мне показалось, что в квартире слишком душно. Я открыл окно на кухне и мгновенно очутился в центре арктического циклона, ворвавшегося в распахнутый проем. Это придало мне сил, и со второй бутылкой тоже было покончено.

Затем я вспомнил, что вовсе не являюсь горьким пьяницей. По крайней мере, сам я про себя так не думал. Следовательно, нужно было срочно заесть выпитый литр вина. Я полез в холодильник и после тщательной инвентаризации выяснил, что там нет ничего такого, что можно было бы съесть сразу, сейчас. Ждать десять минут, пока сварятся сосиски, у меня не было терпения.

19
{"b":"9341","o":1}