ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Да ну вас всех, — сказал я. И обхватил руками больную голову.

Глава 9

— Мне, наверное, придется просидеть здесь остаток жизни, — тоскливо сказал я Анне. Свежая газета была только что брошена на стол передо мной. Набранный большими черными буквами заголовок на первой полосе гласил: «Кровавая бойня у Третьей городской больницы!» По соседству помещалась заметка с не менее интригующим названием «Чиновник из городского управления культуры пил кровь своих сотрудников! Вампиры в мэрии!»

— С чего такой пессимизм? — Анна сидела на крышке стола, чистила банан и покачивала ногами. В отличие от меня она пребывала в жизнерадостном расположении духа.

— Теперь на меня повесят и «кровавую бойню». Весь персонал больницы подтвердит, что человек, выкравший больного из палаты, приехал на «Оке»...

— Ты придаешь слишком много значения своей персоне, — заметила Анна. — Никто не знает, что выкраденный больной — это Сидоров. Никто не видел, чтобы ты убивал кого-то.

— Медсестра в коридоре.

— Она была слишком далеко от тебя и слишком быстро убежала. Нет, все это ерунда. Приехали мафиози для какой-то разборки. С кем-то постреляли. Этот кто-то ранил пару человек. Кто убил врача и Марка — непонятно. При чем здесь ты? Ты всего лишь забыл машину у больничного забора. Голова заживет, заберешь.

— А Гиви Хромой? — напомнил я.

— Да, это серьезно, — признала Анна и тут же вонзила ровные крепкие зубы в мягкую сердцевину банана. — Гиви в милицию обращаться не будет. Он сам постарается тебя найти. Ну и Сидорова, конечно. Если заказ еще не отменили.

— Ну и что мне делать?

— Не волноваться. — Еще укус. Розовый язычок быстро слизал с губ прилипшие волокна. — Гиви Хромой нам самим нужен. Для серьезного разговора. Гиви водит компанию если не с главным, то с тем, кто получает от главного инструкции.

— И ты хочешь заставить Гиви расколоться? Чтобы он выдал заказчика?

— Ты очень догадлив, Костя. — Банан был уничтожен в следующую секунду, и шкурка полетела в угол, прямо в картонную коробку, которую мы использовали в качестве мусорного ведра.

— Я думаю, что Гиви не из таких... — начал я.

— Зря ты так думаешь. — Анна спрыгнула со стола и отряхнула руки. — Есть такое правило в бизнесе — личный контакт решает многое. Если нельзя договориться по телефону, если нельзя договориться через посредников, тогда надо идти на личный контакт. И, как правило, это помогает. А наша работа — тот же бизнес.

— Значит, я тебе больше не нужен?

— Еще одно правило бизнеса — никогда не прерывай деловых контактов без особых причин. Ты нам помог, и я хотя бы прослежу, чтобы у тебя не было неприятностей.

— А у меня? — подал голос Сидоров. Он валялся на матрасе и изучал оставленные Бобом журналы. — Чтобы и у меня не было неприятностей...

— Само собой, — кивнула Анна. — Да, и еще, Костя... Гиви ищет вас. И это может оказаться нам на руку. Потому что в тот момент, когда он найдет вас, мы найдем его.

— Ты хочешь использовать нас как приманку для Гиви? — удивленно спросил я. — Ничего себе партнерские отношения!

— Это один из вариантов. — Анна упругой походкой прошлась по комнате, постукивая подошвами ботинок по полу. — Один из возможных вариантов... Все еще может случиться.

— Хотелось бы, чтобы все изменилось к лучшему, — сказал я и закрыл глаза. Мне уже опостылело смотреть на четыре стены, окружавшие меня и Сидорова на протяжении последних трех дней. Этот запах. Тусклый свет одинокой электрической лампочки, свисающей с потолка. В комнате одинаково сумрачно двадцать четыре часа в сутки, потому что здесь нет окон. И это начинает действовать мне на нервы. Я начинаю подозревать, что и за пределами комнаты та же самая картина: сумрак двадцать четыре часа в сутки. Во всем Городе. Во всем мире...

Самое интересное, что плохое настроение только у меня. Сидоров глаз не сводит с фотографий импортных красавиц, добродушно раздвинувших ножки перед объективом. Анна принялась за очередной банан, беззаботная, словно обезьянка на пальме. Только меня мучают внутренние дятлы и проблемы сумрачности окружающей среды.

Я вскакиваю с места, направляюсь к выходу и пинком распахиваю дверь. Анна тут же хватает меня за плечо.

— Далеко собрался, Костя? — Она говорит отнюдь не беззаботно. Я вспоминаю, что кобура по-прежнему на ней.

— В туалет, — доверительно сообщаю я.

— Одна нога здесь, — напутствует меня Анна, — другая...

— В «очке»? — невесело шучу я.

— Не «светись» во дворе, — конкретизирует свою просьбу Анна.

— Да кто меня здесь увидит? Кому мы сдались?

— Один мой знакомый, — медленно произносит Анна, — тоже думал, что никто его не увидит.

— И что он сделал?

— Закурил.

— Последствия?

— Он очень широко пораскинул мозгами. В радиусе полутора метров. Пуля в переносицу.

Я тяжело вздыхаю и берусь за дверную ручку. Анна напутственно улыбается.

— У тебя очень красивые зубы, — говорю я. — Палец в рот не клади.

— Вставные. — Анна продолжает улыбаться. — Это профессиональное...

Видимо, в этот момент выражение моего лица меняется, потому что Анна пожимает плечами и говорит:

— Извини, что разочаровала...

Я толкаю дверь и выхожу через узкий коридор на улицу. Солнце прячется в облаках, его почти нет, но я слепну, словно от ярчайшего тропического сияния.

Глава 10

Понятия не имею, какое официальное объяснение получила смерть Марка, но никакого особенного шума не было. И у Анны с Бобом не возникло никаких проблем с их расследованием.

— Главное — это придумать объяснение, устраивающее всех, — улыбнулся Боб. — Мы его придумали.

Боб получил в наследство от Марка обязанность контактировать с милицией и прокуратурой по делу о налете на «Европу-Инвест». Предполагалось, что правоохранительные органы должны держать Боба в курсе дела. На деле же Боб знал немного больше, чем официальное следствие. И помалкивал.

С милицией, но не со мной.

— У тебя есть знакомый в той команде, которая занимается нашим делом? — спросил он как-то, в очередной раз вернувшись в деревянный домик на южной окраине Города.

— Ты имеешь в виду — среди милиционеров? — уточнил я.

— А кто еще этим занимается? — удивился Боб. — Садоводы-любители?

— Среди милиционеров — есть.

— Его случайно зовут не Игорь Григорьев?

— Очень может быть и так, — уклончиво ответил я. То есть это мне казалось, что я уклончив и хитроумен. Только вот постоянное сидение в четырех стенах с забинтованной головой и в компании с Сидоровым сделало меня тугодумом. Я старался говорить медленно и неопределенно.

— Может быть? — недовольно хмыкнул Боб. — Слушай тогда: этот Игорь поймал меня в коридоре Управления внутренних дел и сказал буквально следующее. Слушаешь?

— Ну, — буркнул я. Что бы там ни сказал Гарик, вывод мог быть один: скоро мне придется выползти из моего укрытия. И что из этого получится... Лучше и не думать. Здесь плохо, но за порогом сумрачного дома — еще хуже. Там кипит жизнь.

И иногда это напоминает водоем, кишащий пираньями.

— Он сказал: «Если ты вдруг случайно встретишь Костю Шумова, то попроси его связаться со мной. Немедленно. Есть кое-какие новые обстоятельства», — сообщил Боб.

— И все?

— Еще он сказал: «Личную безопасность гарантирую».

— Ха, — невесело отреагировал я.

— Тебе не понравилось сообщение? — поинтересовался Боб, поглаживая бородку.

— Если уж что мне и не нравится, так это бижутерия в твоем ухе, — сказал я. — Ты мне напоминаешь окольцованного голубя. Я все жду, когда ты захлопаешь крыльями и улетишь... Дай телефон.

— Что? — не понял Боб, на всякий случай прикрывая мочку уха. — Зачем?

— А зачем вообще нужен мобильный телефон? Конечно же, чтобы колоть им орехи.

После этого Боб беспрекословно протянул мне «Моторолу». Я засунул ее под мышку, схватил со стола банку пива, откупорил ее на ходу и вышел во двор. Анна проводила меня пристальным взглядом. Я отошел подальше от дома, набрал номер, и через некоторое время услышал:

41
{"b":"9341","o":1}