ЛитМир - Электронная Библиотека

— Здравствуйте, — уверенно начал он. — Меня зовут Гектор. Я мастер по прическам, а это моя модель Анабель. Я специально привел ее сюда, чтобы вы взглянули на ее прическу. Я бы мог принести вам фотографии, но мне кажется, что нет ничего лучше, чем увидеть модель живьем.

— Изумительная девушка! — восхищенно воскликнула Джесси-Энн. — И прическа тоже замечательная. — Глядя на Каролину сияющими от радости глазами, Джесси-Энн как бы хотела сказать: «Кажется, задуманное мною дело закрутилось. Дом моделей будет работать!»

Вскоре в ее офис стало прибывать все больше и больше народу: будущих модельеров, манекенщиц и фотографов. Джесси-Энн даже пришлось перебраться в дальнее крыло офиса, туда, где постоянно находился Эд Замурски. Здесь она беседовала со всеми надеявшимися на получение работы кандидатами, в то время как сидевшая у входа Каролина отвечала на телефонные звонки. Иногда ей казалось, что телефон никогда не смолкнет. Но наконец настало шесть часов. Закрыв за собой дверь дома моделей, они осознали, что теперь-то и началась настоящая работа.

Располагавшееся в тыльной части офиса складское помещение было преобразовано в белоснежную студию с находившейся в одном конце галереей, куда Даная тут же перевезла свое оборудование. Одежда для съемок моделей каталога «Ройл» уже лежала в полной боеготовности, а Джесси-Энн тщательно отбирала нужные образцы, обсуждая, какой лучше выбрать размер и фасон. Обсуждения затягивались до поздней ночи, пока наконец Каролина не брала на карандаш действительно хорошие модели, которые потом обсуждали совместно с молодыми и талантливыми модельерами, среди которых Даная все-таки отыскала подходящую им девушку-модельера, с ходу сообразившую, что от нее требуется.

По прошествии шести недель для оформления каталога уже были готовы почти десять моделей, еще один фотограф, полдюжины модельеров, парикмахеров и гримеров. Даная с головой погрузилась в работу над каталогом «Ройл», придавая обычным классическим фасонам изысканный и совершенно новый вид, размещая их на фоне роскошных выставочных витрин и на обширном пространстве цветочных веранд. В студии дома моделей для экспозиции новой коллекции спортивной одежды для тенниса Даная воссоздала интерьер Уимблдона,[20] усадив манекенщиц прямо на краю плавательного бассейна, используя такую яркую цветовую палитру, что казалось, все они утонули в ярких солнечных лучах. Но Мерри Макколл и девушки из каталога «Ройл» должны были сниматься на Западном побережье специально прилетевшим для этой цели из Лондона Дино Марлеем. Хотя это немного расстроило Данаю, но зато она была абсолютно уверена в том, что работа будет сделана на высочайшем профессиональном уровне. Наконец-то она вышла на верный путь. Она будет трудиться не покладая рук до тех пор, пока не завоюет всеобщее признание. Первые семена славы, которые сделают ее сильнее всех этих Брахманов, она держала в своих руках. Именно власть и слава помогут Данае справиться со своими соперниками и завоевать гораздо большую славу, чем у демонстрирующих модели манекенщиц.

ГЛАВА 10

Лоринда стояла на десятом этаже и ждала лифт, уверенная в том, что точно вычислила время его прихода. Утром за чашкой кофе она подслушала разговор сослуживцев о том, что Харрисон собирается улететь в Сан-Франциско и, значит, покинет офис не позже половины двенадцатого. Снова нажав кнопку лифта, она, волнуясь, посмотрела на часы, думая, не проглядела ли она его случайно. Стрелки часов показывали одиннадцать двадцать пять, а она уже более десяти минут находилась здесь, проверяя каждый спустившийся на этаж лифт. Она давно покинула бухгалтерию, чтобы причесаться в туалете, подкрасить губы светло-вишневой помадой и обильно полить себя духами, которые она специально купила на случай какого-нибудь торжества. Ведь для нее встреча с Харрисоном была настоящим праздником.

Ни один мужчина, кроме Скотта Паркера, не стал предметом восхищения Лоринды. Она презирала весь мужской пол. Лишь Харрисон был исключением. Он обращался с ней очень вежливо, как будто с ровней, приложив столько стараний, чтобы забрать ее в Нью-Йорк, предоставить ей работу, освободив от материнского ярма. Все это, вместе взятое, делало его в глазах Лоринды богоподобным созданием.

Хоть бы ей повезло и лифт спустился на этаж без попутчиков. Тогда бы они остались в нем совершенно одни…

Приехавшая в Нью-Йорк Лоринда рассчитывала на более дружелюбное к себе отношение со стороны Джесси-Энн, которое помогло бы ей проникнуть в тайники ее личной жизни. Но прошли месяцы, а ее так и не пригласили в роскошные апартаменты семьи Ройл поужинать или просто повидаться с маленьким Джоном, пока Джесси-Энн будет принимать участие в очередном показе моделей одежды. Даже когда Лоринда под всевозможными предлогами снова появлялась на пятидесятом этаже здания фирмы, ей все равно очень редко удавалось застать его одного. Это продолжалось до тех пор, пока секретарь довольно резко не отчитала ее за эту пустую трату времени и бесполезные хождения, указав на то, что для этого в штате имеется специальный посыльный. Именно Харрисон позаботился о том, чтобы ей нашли маленькую квартирку для студии, а Паркеры — чтобы за ее матерью приглядели государственные органы опеки. Это была великолепная возможность избавиться от матери: она останется там на все время, чего как раз и было нужно Лоринде, и тогда уже ей не придется ездить и навещать мать. Вот бы еще и от отца отделаться! Конечно же, речь шла не о физическом его устранении, потому что именно в этом смысле он для нее уже давно не существовал. Но его образ оказался настолько живуч, что даже когда она силилась забыть его навсегда, он все равно, подобно неожиданно появляющимся на экране телевизора рекламным вставкам, вдруг нежданно-негаданно всплывал в ее подсознании.

Снова, как на широком экране, перед ней стал вырисовываться смутный силуэт отца, его грубая, в оспинах кожа, потный запах и шероховатость которой она ощущала так остро, как будто бы только что дотронулась до него. Опять она почувствовала спертый запах пота и нашатыря. Лоринда вспомнила его надменный вид, важную походку, свисающие на глаза гладкие сальные черные волосы и его наваливающееся потное тело. Единственное, чего она никак не могла вспомнить — это его голос… Хотя она четко помнила каждое сказанное им слово, когда они оставались в комнате одни. Это были те же слова, которыми изобиловали ее письма к Джесси-Энн, ведь эта женщина заслуживала такого обращения…

Двери прибывшего лифта со стуком открылись, и Лоринда, очнувшись от своих мыслей, в изумлении застыла, увидев перед собой лицо Харрисона Ройла.

— Ты едешь вниз, Лоринда? — вежливо поинтересовался он.

— Да, конечно, мистер Ройл.

Она быстро вошла в лифт, в котором не было никого, кроме Харрисона. Сердце ее замерло от наслаждения их полным уединением, когда хотя бы в течение нескольких минут он всецело принадлежал ей.

— Как дела? — спросил Харрисон, натянуто улыбаясь, находясь мыслями далеко от этого места, где-то на Третьей авеню, в доме моделей. Он попросил Джесси-Энн съездить с ним в Сан-Франциско на предварительную встречу с девушками каталога «Ройл», представляющими новую коллекцию костюмов для путешествий. Несмотря на его предупреждение, что эта встреча может оказаться очень полезной для ее нового бизнеса, Джесси-Энн все равно отказалась с ним поехать, сославшись на занятость. С появлением в доме моделей этого вечного двигателя Каролины Кортни Джесси-Энн оказалась вовлеченной в бурную деятельность. Несомненно, что предложенная им работа над каталогом «Ройл» явилась очень важным для них финансовым подспорьем, ведь сейчас они готовили новую студию и искали нужные им для работы одаренные художественные натуры. Все это лишний раз убеждало Харрисона в том, что теперь у Джесси-Энн не будет ни минуты свободного времени, чтобы провести с ним недельку в Сан-Франциско. Несмотря на ее милые извинения, он все равно был обижен.

вернуться

20

Ежегодное международное неофициальное первенство мира по теннису.

50
{"b":"93575","o":1}