ЛитМир - Электронная Библиотека

— У них фора в пару часов, — проорал я в ответ, — но капитан Прист полагает, что они не двинутся к мангровым зарослям до рассвета, чтобы не заблудиться.

— Мы пойдем по морю — они не услышат, что мы проходим мимо. Потом повернем на юг и войдем, как говорят, через заднюю дверь. — Негр одобрительно похлопал по штурвалу. — Эта малютка не шибко походит на те лодки, которые смахивают на управляемые ракеты, но она послушная. Хотелось бы только, чтобы она не была такая осадливая. Начинается отлив, возможно, нам придется поднять мотор и идти на веслах в мелких местах. Посмотрим, капитан, посмотрим.

Я понял, что этот титул был просто знаком уважения, означающим, что я друг Хэнка Приста. В течение долгого времени мы молчали. Слышался только натужный рев мотора да тяжелые удары волн о фибергласовый корпус. Я ничего не мог рассмотреть, кроме океана (Мексиканского залива, если быть точным) вокруг нас. Либо берег по левому борту скрылся за темным горизонтом, либо жители глубоко спали, погасив огни. Наконец я заметил вспышку прямо по курсу. Я вопросительно посмотрел на Джаррела.

— Огни Тортуга, капитан, — ответил он. — Прохода Тортуга. Мы бы прошли через него, если бы хотели попасть куда нам нужно, по самому быстрому. Но они, наверное, сейчас там залегли и ждут рассвета. Мы попробуем проход Редфиш — пятнадцать миль на юг. Там нет огней, и не то это место, куда надо рваться в плохую погоду. Но в хорошую ночь, как сегодня, мы там нормально проскочим. “Тортуга”, капитан, это черепаха, “редфиш” — это рыба-барабанщик или морской окунь. Постепенно мигающий огонь переместился на траверс и пропал по левому борту. Мы продолжали нестись через ночь, пока наконец не повернули на восток в сторону берега. Но прошло еще немало времени, пока мы различили его. Джаррел убавил газ, и я увидел впереди очертания двух островов — низкие темные силуэты справа и слева по курсу, чем-то похожие на светлую песчаную полосу между ними.

Лодка перестала парить над водой и, тяжело опустившись, начала рассекать ее. Вдруг я заметил справа по борту блестящую от грязи отмель, которая почти обнажилась из-за отлива. Лодку начало трясти и заносить в сторону в беспорядочных вихрях и водоворотах течения.

Впереди в темноте просматривались всевозможные протоки с потоками воды и грязи в белых пятнах — это воды отлива сталкивались в своем беге с мелями и разбивались о них. Джаррел обходил препятствия, которых я не видел. Он сказал вполне спокойно:

— Всегда помните о приливных и отливных течениях, капитан, когда ходите между островов. Всегда можно найти выход, если помнить об этом. А теперь держитесь покрепче.

Я увидел проход в наносах песка. Он совершенно не выглядел так, чтобы могло появиться желание пройти через него: широкий поток бурлящей воды, неумолимо стремящийся к морю. Я почувствовал усилившееся биение двигателя — Джаррел увеличил газ. Мы зависли на входе, пока он изучал ситуацию впереди, потом вибрация и рев усилились, и мы начали набирать скорость. Лодка взлетала и падала, несясь по бурлящей поверхности, в то время как сумасшедшие потоки подбрасывали и ударяли ее. Поднявшаяся неизвестно откуда волна обрушилась мне на колени. Песчаные отмели проплывали мимо, иногда настолько близко, что я мог выпрыгнуть на берег. Наконец мы победили в состязании с отливом и набрали скорость в спокойных темных водах.

— Я проводил здесь парусные лодки, когда был мальчишкой, — объяснил Джаррел. — Вы лучше брызните из этой штуки на лицо и руки, капитан. Здесь не открытое море, будут москиты.

Я распылил на себя аэрозоль и предложил ему, но негр отрицательно покачал головой. По-видимому, он, как многие старожилы, не боялся укусов. Я отложил баллончик в сторону, достал носовой платок и протер винтовку, лежавшую на коленях. Я даже не пытался запомнить дорогу. В темноте, когда один остров выглядел совершенно так же, как любой другой — черным и бесформенным, — это было бесполезно.

Мы на большой скорости пересекали широкие блестящие каналы и пробирались по узким темным протокам с мангровыми деревьями, касавшимися лодки. Насекомые атаковали изо всех сил. Один раз Джаррел поднял мотор, пока винт не оказался едва скрытым под водой, и мы при помощи багра переправились через мель, потревожив каких-то птиц, устроившихся на ночлег на ближайшем островке. Несколько раз я замечал тяжелые всплески неподалеку от берега — может быть, от рыб, может быть, от аллигаторов. Я не стремился уточнить.

Пройдя вдоль какой-то длинной излучины, Джаррел убрал газ и направил лодку вдоль старого шаткого причала, выступающего из болотистого мыса в конце острова. Неровный, узкий, покосившийся настил на сваях над грязью и зарослями тростника вел к берегу.

— Катлас Ки, капитан, — голос Джаррела перекрыл звук урчащего на холостом ходу двигателя. — Там дальше, среди деревьев, есть брошенный домик. Много лет им никто не пользовался. Вода сейчас низко, но у конца мола шесть футов. Днем, когда они прибудут, начнется прилив. Вся эта грязь уйдет под воду до самого берега, но, может, они появятся не так поздно.

— Будем надеяться, — сказал я, прихлопывая москита, — или эти твари высосут меня досуха.

Взяв винтовку, я начал подниматься, но Джаррел отрицательно покачал головой.

— Не здесь, капитан. Не хотите же вы оставить следы? За изгибом острова есть место, где я смогу подвести лодку поближе к берегу. Я высажу вас там и подхвачу, когда закончите.

Мне понравилась небрежная манера, в которой он это сказал. Это должна быть обычная, красиво спланированная операция — как можно было заключить из его слов, — где все продумано до мелочей, вплоть до того момента, когда, разворошив осиное гнездо, агент пытается смыться.

— Где ты будешь? — спросил я.

— Рядом с маленьким островом в четверти мили есть хорошее местечко для укрытия. Вы его сможете увидеть оттуда, где я вас оставлю. Я тоже смогу вас видеть. Но отсюда ничего не видно — вот в чем секрет. Когда они услышат, что я подхожу, вы будете уже на борту, и мы понесемся со скоростью сорок пять узлов.

— И пули будут свистеть около наших ушей, — кисло сказал я. — Или между ними.

— В меня и раньше стреляли, капитан, — негр пожал плечами. — Полагаю, в вас тоже.

— Но это не означает, что мне это нравится, — поморщился я, изучая темную массу острова. — Где мне ждать?

— Посмотрите вверх на деревья справа. Видите нечто вроде кучи? Это старое гнездо ястребов. Птицы не прилетают последние два-три года, но гнездо все еще цело. Вы будете почти под ним. От вашего укрытия до конца причала здесь сто пятнадцать ярдов. Думаю, вы дадите им подойти к вам поближе для уверенности. Впрочем, это ваше дело.

— Да, — кивнул я. — Мое.

Глава 26

Это было похоже на одно из тех укрытий, которые устраиваются для охоты на оленя в зарослях Техаса, или на укрытие для засады при охоте на тигра в Индии. Конечно, я не считаю свою намеченную жертву равной по классу тигру, но даже приученная киска может быть опасной, когда имеешь дело с человеческой разновидностью.

Что касается моего убежища, оно было сделано довольно хорошо: конструкция, похожая на корзину, на высоте семи-восьми футов над землей, которая почти полностью сливалась с окружающими переплетениями ветвей. Я знавал более комфортабельные укрытия, но и здесь было что-то вроде платформы для того, чтобы стоять, и ветка дерева, чтобы сидеть. Единственный недостаток заключался в том, что, когда придет время, мне придется встать и стрелять без опоры для винтовки. Вокруг не было ничего достаточно надежного, что можно было бы использовать для этой цели. Вообще-то, — поскольку на этих островах не растут большие деревья, все плетеное сооружение было немного шатким. Впрочем, сто ярдов не такое большое расстояние для винтовки даже при стрельбе с руки.

— О`кей, капитан? — прошептал Джаррел снизу.

— О`кей. Забери лодку и спрячь ее, — сказал я. — И, Джаррел...

— Капитан?

— Не строй из себя героя. Ты понимаешь, что я имею в виду. Могу тебя заверить, я бы не стал бросаться под пули ради тебя; и ты не делай этого для меня. Если все пойдет вкривь и вкось, черт с ним. Просто смотайся отсюда, передай шефу, что изощренный план не сработал, и выпей пива в память обо мне. О`кей?

39
{"b":"9402","o":1}