ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Не опуская поднятых рук, потянулся, зевнул. Затем ещё раз настороженно оглянулся. Разделся до трусов, бросил одежду на пол и стремительно нырнул под лёгкое одеяло. В мире вечной весны ночи особенно холодными не бывают, но под простынкой спать – свежо...

Через несколько часов, под утро, спящий человек вновь открыл глаза, осмотрелся, откинул одеяло, встал и вынул из сумки компьютер.

«длана жтваф хххха лфоат юйлоп влкэа знадф ждфео уамсл длаон аааты трвык олафо хщвр ждлыф офпкд хлоыы нафшы кейлв оееее айайй», – пришёл ответ.

Нечего и говорить, что и отправленное и полученное сообщения не случайно выглядели полнейшей абракадаброй, бессмысленным набором символов. Серьёзные разговоры испокон веков не шли в сетях открытым текстом. ДАЛЕКО НЕ. Но в данном случае мало было того, что письма кодировались программно, специальным эксклюзивным софтом. Умные люди на всякий случай набирали изначальный текст на языке, известном лишь собеседникам. По-настоящему мыслящим людям не лень создать на всякий случай СВОЙ язык.

Два шифрованных послания вместили диалог следующего содержания:

«Трюк с приманкой сработал, восхищение гением предвидения и планирования невыразимо, в пределах видимости появилась конкуренция, нацеливается в том же направлении, необходим совет по поводу».

«Аварийный режим сна во сне и помощь внутреннего голоса не предназначены для подсознательных комментариев и эмоциональных излишеств, они являются резервом для патовой ситуации и ключевых моментов, однако спасибо, советую конкуренцию обратить в свою пользу, быть предельно осторожным, действовать по обстановке, и да поможет нам бог».

Прочитав ответ, человек улыбнулся, покивал головой, прикрыл левой ладонью макушку, изображая как бы головной убор, а кончиками пальцев ладони правой на миг прикоснулся к виску, отдавая честь.

Козырнул неведомому командиру, затем уничтожил информацию, спрятал компут в сумку, поднял одежду, полностью оделся вновь, застелил кровать КАК БЫЛА вечером, примерился, ухмыльнулся краешком рта и рухнул плашмя, целясь лицом в подушку.

... Когда Макс проснулся, за окном давным-давно наступил белый день. В голове у него плясали странные картинки, остаточные отпечатки сновидения.

ПРИСНИТСЯ ЖЕ ТАКОЕ!

Сон был дурацкий, действительно. Вроде он просыпается в этой комнате, встаёт с кровати, зачем-то смотрит на своё отражение в зеркальной панели двери, ведущей в ванную, затем раздевается как положено перед сном, разбирает смятую постель и залезает под одеяло; но вместо того, чтобы тихо-мирно дрыхнуть до утра, опять вскакивает, одевается, заправляет «койку» и валится на неё в костюме и туфлях. Полежав немного мордой в подушку, опять встаёт, раздевается, залезает под... встаёт, одевается, валится... И так несколько раз подряд. Лечь-встать, встать-лечь... Причём между этим сеансами стриптиза и антистриптиза он ещё зачем-то складывает кукиши и тыкает ими во все четыре стороны, пш-шикая при этом – ни дать ни взять стрельба из ручных лучемётов.

«Что за гимнастика идиотская, БР-Р-Р?! Ну и сон... Хорошо хоть ума хватило по сумкам не рыться, образцы там попе-рекладывать, сублимируя, или с компутом поиграться, на порносайты наведаться. Вот было бы тем для беседы с моим несуществующим психоаналитиком!»

По крайней мере, Макс не помнил, чтобы он заходил на порносайты. Хотя у него настолько давно не было возможности снять сексуальное напряжение с безопасной женщиной, что – с ночи на ночь жди эротических снов... пора.

Он невесело вздохнул, встал с «койки», критически осмотрел себя (здорово, что костюм немнущийся!), покачал сокрушённо головой и отправился в ванную комнату, по ходу снимая туфли и одежду. Выйдя оттуда освежённым, он распахнул сумку и принялся рыться в её недрах. Где-то здесь у него должен быть ков, герметично закатанный в банку, замаскированный под какао... Ага, вот он.

Макс вынул банку «Золотой Метки» (якобы), задекларированной как положено. Ухмыльнулся криво. «Молодец, – похвалил себя, – сохранил ведь».

Если бы он продал ков на новосибирском чёрном рынке, даже за полцены, – мог бы жить припеваючи несколько лет. Поспешно скрывшись в другой мир, чтобы не грохнули охочие экспроприировать вырученные денежки.

Нет, не продал, для себя хранил...

Невесёлые воспоминания прервал вызов терминала.

Макс дал разрешение на коннект, и над его запястьем возникла трёхмерная голопроекция улыбающегося женского лица. Модель-блонди типично «офис-менеджерская», высокопрофессиональная во всех смыслах термина.

Господин Эмберг?

Собственной персоной...

– Вас беспокоит Линдси Стилл, личная секретарша господина Форда Гонзалеса.

– Слушаю вас.

– Хозяин извиняется, что не может связаться лично. Обещанная посылка уже...

Вдруг проекция подёрнулась рябью, головку повело набок, скукожило, сплюснуло... помеха исчезла, но форма уже была совершенно иной. Форд «Барракуда» Гонзалес собственной персоной, то есть головой.

Привет, бродяга, – проворчал триллиардер. – Не утерпел, хочу с тобой ещё разок побеседовать, напоследок. За дверью номера тебя ждёт курьер с сигарами для моего друга и рекомендательным письмом. Адрес на конверте. Запомни – той дамочке, как ни просила, я рекомендацию не дал. При случае – вспомни об этом... Ков отдашь курьеру. Не скажешь, где взял?

А не скажу. Пусть это останется моим маленьким секретом.

Уел, уел... Счёт один-один. Ты мне патологически нравишься, парень. Меня в молодости напомнил. Такой же коктейль безрассудной наглости и врождённой робости... Прощай, Макс. Не свидимся.

Прощайте... хозяин.

Макс не сказал это слово с заглавной буквы, по интонации слышалось, что произнесено с маленькой. Но Макс всё-таки СКАЗАЛ его. Уважил старика.

Барракуда оценил. Голова подмигнула Максу понимающе левым глазом и кивнула.

Проекция покрылась лакунами, превратилась в снежинки, которые тут же растаяли. Связь прекратилась. По этому каналу она уже никогда не возобновится...

«Ли Флопер», – прочитал Макс на конверте.

Ну что ж, нечто подобное он предвидел. Избранный Избранному – друг, товарищ и брат... И???

Дальнейший путь вёл не абы куда, а в мир Крахт – ещё одно райское логово, абсолютно закрытое для посещений «не членов». Без рекомендации «иногороднего» члена клуба Барракуды Макс ни за что туда не проник бы. Легальным способом, во всяком случае, точно НЕ.

– М-да-а, где наша не пропадала... если ещё и удастся партию кофе там пристроить... – мрачно пошутил он, беззвучно, одними губами шевеля.

Пункт пятый

МИР: Z56509HG

(дата: одиннадцатое двенадцатого тысяча сто тридцать восьмого)

** О Н

Определённо, клеймо лузера Судьба ставит на человека несмываемой краской. Неудачник – это диагноз. И не стоит обольщаться, если вдруг один из раундов удаётся выиграть. Проигрыш в следующем – неизбежен.

РОК...

Не думал не гадал он, что доведётся на своей шкуре испытать участь единицы из графы статистики.

Статистически перемещения из мира в мир дают один сбой на одну целую девятнадцать тысячных миллиарда проходов.

Мультипроходы – базисный фактор, определяющий форму современной цивилизации – более чем надёжный способ переноса материи в пространстве. Впрочем, будь они даже гораздо менее стабильны, человечество вынуждено было бы ими пользоваться – перемещение в звездолётах, по статистике, несравнимо опаснее. И несравнимо медленнее.

Тем не менее выяснилось, что мультисети межмировых и планетарных проходов, опутавшие большую часть миров обитаемой вселенной, стабильны настолько, что фактически не дают сбоев. Должно же было хоть в чём-то человечеству

КРУПНО подфартить?

Мелкие неприятности, изредка бывающие «глюки» – не в счёт... Так, предпоследняя позиция в статистической сводке.

Вместо ожидаемого пункта назначения Макс прошёл на какой-то источенный тоннелями сырьевой астероид, оказавшийся совершенно жутким мирком. Обитал в его нутре отъявленный сброд, вроде беглых рецидивистов, бывших каторжников и прочих люмпенов. На пропитание мир зарабатывал, выгрызая изнутри собственное тело и продавая свою плоть.

31
{"b":"96336","o":1}