ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ГН4784. Спасательная капсула, рассчитанная на двух человек. Абсолютно автономная, практически непроницаемая, созданная для пребывания в сверхтяжёлых условиях ядовитых атмосфер, тектонической активности, крайних температурных режимов. Настоящий сверхпрочный бункер. Внутренний обитаемый объём, параллелепипед ЗхЗх2, – от силы десять процентов общего размера сфероида. Чтобы разъять «шарик» на сегменты-сектора, необходимо знать код доступа, электронный ключ к «шовным» замкам...

Да, Ошима-сан подготовился к войне с истинно ориентальной основательностью.

И куда она засунута? – Макс воспрянул духом, вскочил с койки.

Под поверхность второй арлингтонской луны. В толщу породы. Раскрыться потому не может. Доступ – только через мультипроходы. Единственный живой человек, который об этом знал, – я. Теперь нас четверо.

Укромная норка, ни добавить, ни убавить.

Сколько мы здесь пробудем? – спросил прагматичный Джо.

Около полутора суток. Этот проход, – он погладил крышку «холодного» мультипорта, – ведёт в точку, где нас будет ждать корабль. Но сейчас его там нет.

Что дальше? – Эллен.

Дальше будет великий драп.

Неожиданно узкие глаза Избранного почти исчезли в складках морщинок.

Такеши Ошима загадочно улыбнулся и в этот момент сделался разительно похож на ориентальное божество древней Земли.

По имени Будда Гаутама.

Пункт одиннадцатый

МИР: ДАЛЬНАЯ ЛУНА АРЛИНГТОНА

(дата: двадцать третье двенадцатого тысяча сто тридцать восьмого)

** О Н

– Пара партий, и ты оставишь меня без гроша, – проворчал Японец, бросая карты на покрывало.

Да уж. Впервые Максу настолько фартило.

Играли они давно. Фактически со вчерашнего дня, с перерывами на несколько часов сна и приёмы фаст-пищи (гадость несусветная!).

Делать было нечего. Джо преимущественно спал (или делал вид, что спит), устроив себе спальное место на полу у мультипортов (теперь законсервирован был тот порт, через который они сюда прошли). Эли занималась тем же, но на верхней койке. Почти не просыпалась. Бодрствовала только часа четыре, когда постель занимали Хозяин и Макс. Ошима-сан хотел прилечь на полу, вплотную к Джо, предоставив нижнюю полку Максу, но Эли (во избежание соприкосновения) решительно уложила его на койку, сама же устроилась на крышке сантехнического устройства, спрятанного за круговой ширмочкой.

(В ограниченном пространстве тяжелее всего было избегать СОПРИКОСНОВЕНИЯ тел. Но, кроме лиц, открытых участков ни у кого не осталось после того, как Ошима-сан поделился защитными перчатками; а целоваться с ним ни Джо, ни Макс, ни Эли не намеревались. Друг с другом антагонисты тем паче не расцелуются.)

В остальное время игроки сидели на нижней койке, и Макс обыгрывал Избранного, партия за партией. Покер сменился префом на двоих, преф – дламером, затем были вист, монк, сека, дурак подкидной и дурак спиральный... Макс не проигрывал. Сутки напролёт.

Он вообще в последние дни замечал, что резко поумнел. У Эллен голова постоянно болела, у него – наоборот, прояснялась с каждым часом.

Ты нанёс моему кошельку намного больший урон, чем теракты, – пошутил Ошима-сан.

Се ля ви, – сказала Эли; она наконец проснулась и перевернулась на другой бок, свесив голову с верхней койки, – карточная игра занятие добровольное.

Особенно когда стоит выбор между игрой и тихим схождением с ума, – добавил Макс.

Ну, про схождение с ума ты приукрасил. В подобных скорлупах люди месяцами торчали после катастроф на необитаемых планетах, и ничего, выживали.

Ни капельки не преувеличено. Я где-то читал, немало таких вот спаскапсул находили пустыми. Человеческая психика не выдерживала «одиночества вдвоём». Поэтому «скорлупы» и прозвали благоустроенными могилами, – подал с пола голос Джо.

Ну, по крайней мере на квартирантов других спасмо-гил хоть никто не охотился...

Наши преследователи сбиты с толку и отправлены ложными курсами. По крайней мере, – Японец акцентировал последнюю фразу, – я на это небезосновательно рассчитываю. А теперь прошу извинить... Мне необходимо связаться с друзьями.

Прямо отсюда? – поинтересовалась Эли с верхней полки. По голосу было слышно, что она не понимает, как отсюда, из ТУПИКА, можно с кем-либо связаться.

Вы предлагаете мне выйти на минутку? – без малейшего намёка на иронию в голосе спросил Такеши Ошима.

Нет, но...

Спасибо и на том. А теперь попрошу минуточку меня не отвлекать.

Хозяин капсулы встал и шагнул к стене, точнее к узкому простенку между туалетной «кабиной» и шкафом-контейнером для продуктов. Для того, чтобы Японец вписался в промежуток, Максу пришлось забиться в глубь койки, подняв ноги и поджав колени к груди.

Хозяин встал у самой стены и прогладил обеими ладонями участок поверхности на уровне груди.

– Небольшое усовершенствование, – сообщил он, когда из стены с лёгким жужжанием сервомоторов выехала консоль. – Терминал межпланетной связи. Узконаправленный сигнал перехватить очень сложно, если не знать, где улавливать. Приёмопередатчик и антенна с другой стороны луны.

Обалдеть, – донёсся с пола голос Джо. – Комфортная у нас гробница...

Я предусмотрительный человек. – Хозяин произвёл какие-то манипуляции с пультом, издал какой-то хмык, по-видимому, долженствующий означать удовлетворение; опять пошевелил пальцами в сенсорной зоне пульта и, когда по дисплею побежали вертикальные цепочки циферок, внимательно их изучил. После чего хмыкнул погромче, завершил сеанс коммуникации, вернул консоль с пультом и дисплеем обратно в толщу стены...

Итак, леди и джентльмены, – повернулся он к трём парам ожидающих объяснений глаз. – Наш рейс отправляется через шесть часов. Корабль на подходе, тормозит, остановится и возьмёт нас в расчётной точке, по плану...

Был план? – спросила Эллен сверху, из узкой ниши между полкой и потолком.

И не один. По моему глубокому убеждению, неоднократно подтверждённому жизненным опытом, планирование на основе предварительного просчёта вариантов будущего является основным фактором сохранения свободы независимого передвижения. Которая, в свою очередь, является фундаментом свободы как философского понятия. Непредусмотрительность способствует потере упомянутой свободы, а то и жизни.

Везёт мне в этом путешествии. Что ни мужчина, то философ, – философски заметила Эли.

Повторюсь. Звездолёт примет нас на борт в расчётной точке, по плану. Сейчас, по плану же, нам необходимо начать подготовку к предстоящему проходу. – Ошима-сан после бегства с Арлингтона стал несравнимо разговорчивее; будто его язык развязался вдали от бывшей вотчины. – Выйти нам предстоит в отсеке, не оборудованном системой жизнеобеспечения кислорододышащих организмов...

Извиняюсь, что перебил, – встрял Джо (телохранитель уже встал с пола и подпирал макушкой нависающий потолок кабины объёмом тридцать два кубометра), – но мне очень хочется знать, в какой из стенок встроен потайной шкафчик со скафандрами.

– А мне очень хочется знать, сколько их. Потому что если их меньше четырёх... – Эли сверлила Такеши Ошиму горящим взглядом из глубины своей ниши.

Напряжённая пауза повисла в спёртой (рециркулятор едва справлялся с очисткой воздуха объёма, не предусмотренного для четверых) атмосфере «параллелепипеда» ЗхЗх2 метра капсулы.

Ни одного, – спокойно ответил Ошима. – Они нам не понадобятся.

Хочется верить, что я способен выжить в вакууме или в ядовитом газе, – проворчал Макс. – Нет, я, конечно, свято верю в то, что человек способен привыкнуть к любой дерьмовой среде обитания, в которую его засунет судьба, но для выработки привычки надо хоть какое-то время в запасе поиметь...

О, времени у нас предостаточно, – Ошима ничуть не смутился, – почти четверть суток до подхода корабля к пункту схождения. Вполне достаточно, чтобы сказалось действие катализатора жизни.

60
{"b":"96336","o":1}