ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А зачем? — спросила Корнелия. — Зачем выжимать из них всё?

— Чтобы когда-нибудь научиться делать такие же, — ответил Витька. — Пусть не с этим элементом. Пусть другим способом... Но чтобы можно было защищаться, не убивая! Стоит ради этого выжимать всё?

Корнелия не ответила. Она как-то задумчиво и пристально поглядела на Витьку, ушла в свою комнату и вынесла оттуда обгоревший передатчик.

— Возьми, — сказала она. — И делай с ним, что хочешь. Я буду рада, если тебе это чем-то поможет... Только не нажимай зелёную кнопку. Это вызов Гао. Но теперь я верю, что ты не вызовешь его... А мне передатчик больше не нужен...

Витька растерялся. Я никогда ещё не видел его таким растерянным. Он поднялся, взял у Корнелии передатчик, поцеловал ей руку.

— Спасибо! — только и сказал он.

— И возьми ещё это! — Корнелия вынула из кармана белый уголок. — У вас будет больше шансов научиться...

— Ты молодчина, Корнелия! — сказал Витька. — Ты свой парень!

— Я — парень?!

Корнелия удивлённо и откровенно обиженно ткнула себя пальцем в грудь.

Мне пришлось. вмешаться. Мне пришлось объяснить ей, что это высшая похвала, какой может удостоиться женщина.

— Странная похвала! — Корнелия покачала головой. — А если сказать мужчине, что он женщина, — это тоже высшая похвала?

Мы с Витькой расхохотались. Корнелия была довольна. Она очень любила сажать нас в лужу. В последнее время она просто даже испытывала какую-то неистребимую потребность в этом.

А за чаем, который мы пили через полчаса, Корнелия вдруг погрустнела и опустила голову.

— В чём дело? — спросил я.

— Я вспомнила, — ответила она. — Мне сегодня сказали, что Вера скоро уедет в Москву. Прислали письмо. Её вызывают. У неё кончилась ко-ман-дировка... Мне будет плохо без неё... Я так привыкла...

— Она уедет ненадолго, — спокойно произнёс Витька. — Она скоро вернётся и будет жить здесь...

Я вопросительно поглядел на него. Неужели у них всё решилось?

— Откуда ты знаешь? — спросила Корнелия.

— Мы поженимся, — ответил Витька.

— Поздравляю, — сказала Корнелия.

— Я тоже, — добавил я. — И ты упустишь такую возможность вернуться в Москву?

— Не валяй дурака, старик! — Витька улыбнулся. — Ты же отлично знаешь, что моё место здесь!.. А в Москву... Знаете что? Давайте махнём в Москву все вместе! Возьмём отпуск, пошатаемся по Москве и потом завернём ещё в Ленинград, а? Надо же показывать Корнелии наши столицы...

Сейчас у нас с Корнелией растёт сын. Его зовут Помпей. Пока что он ползает по нашей просторной новой квартире, таскает за собой машины и с размаху лупит деревянным молотком по всему, что попадается ему на глаза. Молоток — его любимая игрушка... И имя Помпей не вызывает у него пока никаких ассоциаций... Но когда-нибудь сын спросит, Почему его так назвали. И тогда я расскажу ему всю эту невероятную историю.

Впрочем, может, ему она покажется не такой уж невероятной?

Эту историю сейчас даже трудно чем-либо доказать. У моей жены обычный советский паспорт с обычной национальностью и обычным, годом рождения. Моя жена сдаёт экстерном курс обычной вечерней школы и мечтает о преподавательской работе. Когда-нибудь она будет преподавать в вузах математику или физику... А может, ещё и латынь... У моей жены обычная трудовая книжка, в которой записано, что она работает младшим научным сотрудником в научно-исследовательском институте. И в тумбочке у моей жены давно уже нет белого ящичка с космическим передатчиком.

Об этой истории не писали в газетах и не говорили по радио. Правда, промелькнуло в то время сообщение двух молодых астрономов, которые обнаружили странное небесное тело, пролетевшее недалеко от Земли и даже описавшее вокруг неё несколько витков. До сих пор подобных небесных тел не наблюдалось. Но проверить что-либо астрономы не могли — тело бесследно исчезло. А потом двое маститых учёных заявили, что их молодые коллеги ошиблись, что небесных тел с подобными странными орбитами не бывает вообще. Видимо, молодых астрономов просто подвели неисправные приборы.

Мы с Виктором только переглядывались, когда читали всё это. Мы были уверены, что речь идёт о космическом корабле Гао. И, может, не только мы были уверены в этом. Но мы ведь сами просили когда-то не поднимать шум в печати. Пожалуй, единственное, что может в нашем доме напомнить о космическом прошлом моей жены, — это два белых уголка с усыпляющими лучами, которые хранятся где-то в столе у Корнелии. Она бережёт их для сына. Она хочет когда-нибудь показать ему, какое оружие только и может быть достойно человека.

Мне очень хочется верить в то, во что свято верит она...

Расти, сынок! Может, и вправду твоё поколение сумеет добиться того, что не удаётся пока нашему, — сумеет сделать такое оружие единственным оружием на земле!..

25
{"b":"98360","o":1}