ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Екатерина Вильмонт

Подсолнухи зимой

Часть первая

Концы в воду

…Пепельница разлетелась вдребезги. Стало легче. А его уроки не прошли даром, усмехнулась про себя Марго. Спасибо большое! Чего я, собственно, взбеленилась? Он явится тридцатого, а я улечу двадцать девятого. С мужем, на Майорку. И никаких проблем!

Правда, возникла другая проблема. Как легализовать кольцо, дошедшее до меня через двадцать с лишним лет? Я хочу его носить, оно мне нравится, нельзя никому говорить, откуда оно, а то начнутся причитания: «Ах, привет с того света», и прочие глупости. А мне плевать на все суеверия, я буду его носить… Дима заслужил это. Он всю жизнь, оказывается, любил меня. Кто бы мог подумать… А я? Я никого не любила так, как его. Он купил кольцо к нашей несостоявшейся свадьбе двадцать два года назад… Но, если он действительно меня любил, как он смел столько лет молчать об этом? Меня-то он за что покарал?

Марго деловито удалила эсэмэску Вольника, заперла кабинет и вышла во двор.

– На дачу, Маргарита Александровна? – спросил Володя.

– Да.

– Устали нынче? – сочувственно осведомился водитель.

– Не то слово. Тяжелый день был…

– От дочки-то есть что?

– Да, она в полном восторге!

– Вот и слава богу! Это ж хорошо, что у девчонки теперь еще и родной отец есть, хоть и в Штатах.

– Да, по-видимому, так…

– А вам уж, небось, тоскливо?

– Есть немножко.

– Да что там, две недели пролетят – и не заметите, с такой-то работой.

– Да, я, пожалуй, вздремну немножко, Володя…

– Спите, спите, я молчу.

Она и в самом деле уснула.

– Маргарита Александровна, приехали.

– Ох, всю дорогу продрыхла, надо же… Спасибо, Володя.

– Завтра как всегда?

– Конечно. До свидания.

На лавочке у крыльца сидели обе тетушки. Из-за дома доносился какой-то стук.

– Маргоша, ты так поздно… Я уж волноваться начала. А где Аля? – спросила Эличка.

– Осталась в городе, ей завтра в шесть утра нужно встретить поезд. А что это за стук?

– Даня решил сколотить стол, чтобы можно было сидеть на воздухе, – с радостью сообщила Эличка. – Мы еще не ужинали, ждали тебя. Да, ты знаешь, Тасенька сегодня в лесу нашла прелестное колечко…

– Да? Красивое?

– Золотое, с маленьким сапфиром, очень изящное, – подтвердила Нуцико.

– И я сегодня нашла кольцо! – улыбнулась Марго. – Вот.

– Где же ты его нашла?

– У себя в шкатулке. Мне его когда-то подарили, я про него забыла, а сегодня вдруг нашла, и оно мне ужасно понравилось.

– Цитрин? – спросила Нуцико.

– Кажется, да, не помню.

– День найденных колец, – усмехнулась Нуцико, и, кажется, день большого вранья. Неужто Марго получила это кольцо в подарок от того ураганного мужчины?

Между тем стук прекратился. Из-за дома с молотком в руках появился Даниил Аркадьевич в шортах, без рубашки, в кепке, надетой задом наперед.

– Я слышу, моя любимая жена приехала?

– Привет, говорят, ты стол решил сколотить?

– Более того, я уже его сколотил. Завтра утром врою и сколочу лавки.

– А где ты доски взял?

– Странный вопрос. Купил. Согласись, глупо, что на таком большом участке нет стола с лавками. А вернемся с Майорки, я сделаю мангал, и будем шашлыки жарить. Левочка давно грозится приготовить какую-то особенную рыбу на мангале. У нас теперь будет настоящая дачная жизнь! Елена Вахтанговна, а ужин работяге полагается?

– Конечно, но в таком виде, Даня, я вас за стол не пущу!

– Обижаете, я и сам никогда бы не посмел… Маргоша, у тебя все в порядке?

– Да, да. Просто устала…

– Тася, накрывай на стол! – крикнула Эличка.

Марго и Нуцико остались вдвоем на лавочке.

– Хорошо, что Даня теперь живет с нами… И Аля с Тасей… Опять большая семья, но мне ужасно не хватает Тошки… Скажи, это кольцо подарил господин Ураган?

– Нет, что ты… Это подарок Димы.

– И ты действительно нашла его в шкатулке? Только не ври мне, Марго, ты врать не умеешь.

– Мне передала его Димина сестра, она приходила ко мне в офис.

– Ты из-за Дани наврала?

– Да нет… Сама не знаю зачем.

– Неважно. Я тебя разоблачать не собираюсь.

– Ох, Нуцико, пока я не забыла… Давно хочу спросить и попросить.

– О чем, Марго?

– Ты не согласилась бы просмотреть и разобрать папины дневники? А то валяются в квартире под роялем, а могли бы, возможно, пригодиться его биографам…

– Как можно, Марго, это все равно что читать чужие письма… Даже хуже. Письма все-таки предназначены хоть для чьих-то глаз, а дневники, это слишком интимно…

– Но что же мне с ними делать? Сжечь?

– Не знаю…

– По-моему, Нуца, ты чересчур щепетильна. Когда люди не хотят, чтобы их дневники или письма кто-то прочел, они сами их сжигают, если только смерть не застала их врасплох. У папы много раз была такая возможность… А то уже Тошка предлагала свои услуги. Мне бы этого не хотелось. Ты все-таки взрослый человек, ты многое о папе знаешь и уж точно никому ничего лишнего не сболтнешь. А если решишь, что дневники следует сжечь… Что ж, так и поступим. У меня руки еще долго не дойдут.

– Но ты же вывезла отсюда архив.

– Дневники в двух ящиках, я привезу тебе завтра один.

– Ты действительно этого хочешь?

– Действительно.

– Ну что ж… Только давай договоримся: ты никому об этом не скажешь. И Элико в первую очередь.

– Обещаю. Элико слишком наивна для папиных дневников, ты права. И спасибо тебе огромное. На самом деле, кроме тебя, мне некому это доверить.

– Нуца, Марго! К столу! – крикнула с веранды Эличка.

– Тетя Марго, ужинать! – выскочила на крылечко Тася.

– Тася, ты чего так расхорошилась? – ахнула Марго. – Уж не влюбилась ли?

– Нет, что вы… Просто я сегодня колечко нашла, все говорят – на счастье.

Аля пребывала в некотором недоумении. После восхитительного ужина со Львом Александровичем она чувствовала себя совершенно счастливой, хотя он тогда у нее не остался. Она не очень огорчилась, ибо так была переполнена чувствами, что даже хотела остаться одна, чтобы еще раз пережить этот вечер уже наедине с собой. Вспомнить все его слова, взгляды и жесты. Кажется, он и вправду меня любит, ну, может, это слишком, но влюблен здорово… И он такой очаровательный, умный, веселый, нежный… И хорошо, что ничего не было, а то он же все-таки не молоденький, вдруг проблемы какие-нибудь, пусть он привыкнет ко мне, сама я ничего форсировать не буду. Мне и так хорошо… блаженно думала она, глядя на себя в зеркало и не узнавая прежнюю Алю. Красивая модная стрижка, мелированные русые волосы, сверкающие глаза. Все правильно, решила она, если бы он оказался еще роскошным любовником, я бы начала умирать от страха – слишком хорошо все складывается, так не бывает. У Таськи вот талант обнаружился… И мне теперь за нее не так страшно, в доме Марго она не пропадет, дурному не научится…

Но на другой день она все-таки ждала его звонка, а он не позвонил. Ну, замотался, наверное, он же занятой человек, мало ли… Или это опять маневр, чтобы держать меня в тонусе? На третий день, накануне отъезда Марго, Татьяна ее спросила:

– Аль, что с тобой? Я говорю, а ты не слышишь…

– Ох, прости, Танечка, я задумалась о своем…

– Влюбилась, не дай бог?

– Почему не дай бог?

– Точно, влюбилась. Ох, не вовремя, Аля. Тебе думать о работе надо.

Марго Аля все же побаивалась, а к Тане прониклась доверием. Та была куда мягче и больше располагала к откровенности.

– Танечка, прости, я возьму себя в руки, просто он третий день уже не звонит…

– Подумаешь, третий день… А ты его давно знаешь?

– Нет, недавно.

– У вас с ним что-то было?

– Нет пока…

– Тогда чего куксишься? Позвонит…

– Думаешь?

– А чего тут думать, есть только два варианта: позвонит или не позвонит. В каждом из вариантов можно найти положительные стороны. Ну, насчет первого варианта, ты сама лучше меня все знаешь, а если не позвонит… Ну, значит, он не твой кадр. Смотри проще на это все. Вот что, идем-ка обедать. Я чувствую, ты нуждаешься в дружеских советах.

1
{"b":"99735","o":1}